BIBLIO.KZ is a Kazakh open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: KZ-587
Author(s) of the publication: Н. А. Миненко

Share with friends in SM

Советская историография заселения Сибири русскими в период феодализма имеет богатые традиции, интерес специалистов к этой теме не угасает, т. к. от степени ее изученности зависит решение многих других важных вопросов отечественной медиевистики, в частности понимание сибирского варианта системы "государственного феодализма". Ниже предпринята попытка рассмотреть современное состояние изучения проблемы, обобщить итоги ее исследования за последнее пятилетие 1 .

Сохраняет силу сформулированное ранее 2 положение о трех основных этапах заселения Сибири русскими в феодальную эпоху, но прежняя их датировка (первый этап: конец XVI-начало XVIII в., второй: 20 - 80-е годы XVIII в., третий: с конца 1780-х годов) не вполне удовлетворяет историков. Так, А. Д. Колесников считает принципиальным рубежом в освоении края не 20-е годы XVIII в., а конец XVII столетия. С этого времени, по его убеждению, Сибирь уже "не была сплошным вновь заселяемым районом. В ней обозначились старозаселенные районы, как районы выхода переселенцев, и районы оседания крестьян". Основное увеличение русского населения Сибири с конца XVII в., как утверждает автор (новых данных


1 Обзор предшествующей литературы по данной проблеме см.: Миненко Н. А. Историография Сибири (Период феодализма). Новосибирск. 1978.

2 См. Бояршинова 3. Я. Заселение Сибири русскими в XVI-первой половине XIX в. В кн.: Итоги и задачи изучения истории Сибири досоветского периода. Новосибирск. 1971.

стр. 114


в обоснование своего вывода он, правда, не приводит), "шло за счет естественного прироста" 3 . Показательно, что и в обобщающем труде по истории сибирского крестьянства первая четверть XVIII в. фактически отнесена ко второму этапу освоения края русскими 4 . Подвергается пересмотру также взгляд на заключительную дату этого этапа. В новейших работах 5 проводится мысль о том, что ею является конец XVIII столетия, а ве 1780-е годы. Во внимание принимается при этом главным образом качественное изменение в переселенческой политике правительства, которое произошло на рубеже XVIII и XIX вв. (предоставление некоторой свободы передвижения государственным крестьянам европейских губерний, разработка программы заселения Сибири ссыльными и начало ее проведения).

Специально вопрос о периодизации миграционных процессов на востоке страны в период феодализма пока не исследовался, это затрудняется недостаточной изученностью самих этих процессов. Авторы новейших трудов, кале правило, исходят из признания двух форм заселения Сибири русскими: вольнонародной и правительственной 6 . Под вольнонародной миграцией все понимают стихийное движение (легальное, полулегальное и нелегальное) переселенцев. В определении же понятия "правительственное заселение" единого мнения до сих пор нет: одни трактуют его широко, включая различные перемещения по инициативе государства 7 , другие - лишь принудительное заселение края 8 . Сторонники второй точки зрения считают, что в том случае, когда добровольное начало в переселении сочеталось с организаторской работой властей, следует говорить о смешанной форме. Последняя формулировка была предложена в свое время М. М. Громыко 9 . Подобное разграничение форм миграций позволит точнее определить роль усилий трудового люда и государственной власти в освоении Сибири.

Преобладающим в конце XVI - XVII в. считается вольнонародное переселение 10 . Однако новых фактов, подтверждающих этот тезис, в литературе почти не приводится. Вместе с тем в истории заселения восточной окраины русскими на его первом этапе все большее место отводится инициативе государства. Проанализирована, например, деятельность правительства в конце XVI - первой половине XVII в., направленная на привлечение для целей заселения Сибири людских и денежных ресурсов Среднего Поволжья. "Первоначальное освоение Сибири, - пишет А. А. Преображенский, - осуществлялось в общегосударственном масштабе". При этом автор указывает, что замыслы правительства могли осуществиться лишь благодаря неустанному труду крестьян, ремесленников, рядовых служилых людей: "Именно уси-


3 Колесников А. Д. Некоторые особенности формирования русского населения Сибири (XVI-XIX вв.). В кн.: Численность и классовый состав населения России и СССР (XVI-XX вв.). Таллин. 1979, с. 39, 42.

4 Крестьянство Сибири в эпоху феодализма. Новосибирск. 1982, с. 36 - 45, 157 - 164.

5 Там же, с. 157 - 167; Кузьмина Ф. С. Переселение крестьян в Сибирь в первой трети XIX века. В кн.: Крестьянство России периода разложения феодализма и развития капитализма. Новосибирск. 1978, с. 17 - 18; Емельянов Н. Ф. Население Среднего Приобья в феодальную эпоху. Ч. 2. Томск. 1982, с. 186 - 212.

6 Кабузан В. М. Заселение Сибири и Дальнего Востока в конце XVIII-начале XX века (1795 - 1917 гг.). -История СССР, 1979, N з, с. 22 - 30; Никитин Н. И. Военнослужилые люди и освоение Сибири в XVII веке. - Там же, 1980, N 2, с. 161 - 163; Бекмаханова Н. Е. Формирование многонационального населения Казахстана и Северной Киргизии. Последняя четверть XVIII-60-е годы XIX в. М. 1980, с. 177 - 192, 249; Емельянов Н. Ф. Заселение русскими Среднего Приобья в феодальную эпоху. Томск. 1981, с. 138 - 139; Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 35 - 45, 98 - 107; Рабочий класс Сибири в дооктябрьский период. Новосибирск. 1982, с. 22, 52.

7 Кузьмина Ф. С. Ук. соч., с. 17 - 33; Никитин Н. И. Ук. соч., с. 169; Бекмаханова Н. Е. Ук соч., с. 177 - 178, 249.

8 Быконя Г. Ф. Заселение русскими Приенисейского края в XVIII в. Новосибирск. 1981, с. 75 - 161, 187 - 189, 245 - 246; Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 157 - 167.

9 Громыко М. М. Западная Сибирь в XVIII в. Русское население и земледельческое освоение. Новосибирск. 1965, с. 98 - 99.

10 Кабузан В. М. Ук. соч., с. 22; Этнография русского крестьянства Сибири. XVII - середина XIX в. М. 1981, с. 13; Курилов В. Н. Сибирская промышленность в XVII в. В кн.: Промышленность Сибири в феодальную эпоху (конец XVI - середина XIX в.). Новосибирск. 1982, с. (3; Рабочий класс Сибири в дооктябрьский период, с. 22;

Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 37 - 45.

стр. 115


лия народных масс составляли ту внутреннюю пружину, которая раздвигала пределы государства и обеспечивала эффективность его деятельности по присоединению и освоению новых земель" 11 . Автор убедительно обосновывает свою позицию свежими фактами, документами. Близкие идеи изложены в историографической статье Н. И. Никитина об участии "военно-служилого элемента" в освоении Сибири. По его мнению, роль служилых людей на начальном этапе этого процесса недооценивается. В XVII в. землепроходцы основывали города и поселения, занимались земледелием и промыслами, обеспечивали защиту границ; в миграционном потоке они до конца века превосходили по численности другие категории: "На раннем этапе колонизации самой заметной фигурой в Сибири являлся служилый человек" 12 . А если это так, то представление о главенствующей роли крестьянства в освоении Сибири в XVII в. должно быть пересмотрено. Однако автор не учел особенностей формирования контингента сибирских служилых людей. Известно, что в значительной части они являлись выходцами из черносошных деревень Русского Севера 13 . Следовательно, процесс этот - пусть не полностью - надо считать одной из форм крестьянской колонизации Сибири 14 . Думается, кстати, что в числе причин, побудивших многих сибирских казаков и стрельцов заняться земледелием, важнейшей было их крестьянское происхождение.

Задача изучения вклада в освоение Сибири различных социальных групп сохраняет свою актуальность. В последних работах, рассматривающих происхождение русских первопоселенцев края, вопрос этот лишь затрагивается 15 . Доказано, однако, что в заселении зауральских пространств в конце XVI - XVII в. принимали участие практически все слои непривилегированного населения европейской России (включая служилых людей "по прибору") и что главный поток "сходцев" шел сюда из черносошных деревень северо- восточных уездов. Несколько конкретизирована за последнее время картина применительно к районам Верхотурья и Томска 16 - приведены дополнительные фрагментарные данные.

Вносятся поправки в ту схему социально-географического размежевания в XVII в., которая десять лет назад была предложена А. А. Преображенским: "Черносошные крестьяне, основная масса которых обитала в Поморье, заселяли Урал и Сибирь, - писал он, - крепостные светских и духовных феодалов центральной полосы России уходили на территорию южных уездов, Поволжья и Дона". Приток крепостных в Сибирь был, по мнению А. А. Преображенского, "еще крайне


11 Преображенский А. А. Среднее Поволжье и первоначальное освоение Сибири (конец XVI-середина XVII в.). - Вопросы истории, 1981, N 10, с. 89, 77.

12 Никитин Н. И. Ук. соч., с. 172.

13 Доказано, что служилые в Сибири в значительной своей части происходили из "гулящих" людей, а последние являлись преимущественно выходцами из поморских деревень (см.: Александров В. А. Русское население Сибири XVII - начала XVIII в. (Енисейский край). М. 1964, с. 79 - 81, 83, 109, 143 - 156; Копылов А. Н. Русские на Енисее в XVII в. Новосибирск. 1965, с. 33 - 34, 36; Преображенский А. А. Урал и Западная Сибирь в конце XVI-начале XVIII века. М. 1972, с. 101 - 118; Курилов В. Н. Наемные работники в Сибири в XVII в., их социальное положение и борьба. В кн.: Промышленность Сибири в феодальную эпоху, с. 68; Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 93, 97, 99 - 100).

14 Трудно догадаться, кого имеет в виду Н. И. Никитин, когда пишет, что безраздельно господствовавшее в литературе 1940-1950-х годов мнение о главенствующей роли крестьянства в освоении Сибири XVII в. "в настоящее время перестает удовлетворять многих исследователей" (Никитин Н. И. У к. соч., с. 172). В новейшем коллективном труде по истории рабочего класса Сибири, например, говорится: "За "промышленными людьми" и рядом с ними шли казаки и стрельцы, а вскоре в Сибирь по царским указам и по собственной воле в поисках лучшей жизни пошел русский крестьянин. Крестьянская колонизация постепенно, но прочно связала Сибирь с. Россией" (Рабочий класс Сибири в дооктябрьский период, с. 22; см. также соответствующие разделы в кн.: Крестьянство Сибири в эпоху феодализма).

15 Колесников А. Д. Состав переселенцев в Сибирь. В кн.: Вопросы формирования русского населения Сибири в XVII - начале XIX в. Томск. 1978, с. 3 - 4; Рабочий класс Сибири в дооктябрьский период, с. 22 - 26; Крестьянство Сибири в эпоху феодализма.

16 Преображенский А. А. Среднее Поволжье и первоначальное освоение Сибири, с. 77 - 84; Емельянов Н. Ф. Население Среднего Приобья в феодальную эпоху. Ч. 1. Томск. 1980, с. 97 - 157; ч. 2, с. 187 - 212.

стр. 116


мал" 17 . А. П. Окладников у; И Н. Покровский ставят вопрос несколько иначе: "В XVII в. государственная деревня Севера России участвовала в Процессе заселения Сибири гораздо интенсивнее помещичьей деревни центра страны" 18 . Они, таким образом, считают роль крепостных крестьян все же заметной. О. Н. Вилков при характеристике социального состава нелегальных- переселенцев ставит этих крестьян на первое место: "Убегали в Сибирь от усиливавшегося феодально-крепостнического гнета частновладельческие, дворцовые и государственные крестьяне и посадские" 19 . Еще дальше идет А. И. Алексеев: "Гонимые крепостным правом, доведенные до обнищания "холопы" и крестьяне бежали в Сибирь, на Дальний Восток, в Северную Америку, становились вольными, "гулящими" людьми" 20 . Положение это пока еще не подкреплено фактами. Вообще источников, которые ставили бы под сомнение вывод А. А. Преображенского о роли поморского "элемента" в заселении Сибири в конце XVI-XVII в., за рассматриваемое время в научный оборот не введено. Выяснить места выхода и социальное происхождение переселенцев, может быть, помогут данные генеалогии, на что указала М. М. Громыко, занимавшаяся изучением родословных представителей непривилегированных сословий феодальной Сибири 21 .

С вопросом о социальном составе "сходцев" тесно связан другой, не менее важный - о причинах переселения, о стимулах миграции за Урал на первом этапе освоения Сибири. По общему мнению, стихийное движение в Сибирь являлось своеобразной формой протеста против наступления феодально-крепостнических порядков в Европейской части страны 22 . Отдельные исследователи (O. Н. Вилков, В. Н. Курилов) стремятся связать вольнонародную форму освоения в конце XVI- XVII в. и с развитием буржуазных отношений в поморской деревне. В. Н. Курилов, опираясь на данные П. А. Колесникова, пишет: "Трудно переоценить и влияние раннебуржуазных отношений на миграционные процессы, особенно в основном районе выхода "первых насельников Сибири" - на Русском Севере" 23 . Факты, приведенные в интереснейшем исследовании П. А. Колесникова о северорусском крестьянстве, не дают повода для столь категоричных суждений, и сам автор точку зрения В. Н. Курилова не разделяет 24 . Показательно, что в капитальном труде о рабочем классе Сибири O. Н. Вилков, В. Н. Курилов и их соавторы (А. А. Малых, Д. Я. Резун и В. В. Рабцевич) придерживаются несколько иного взгляда: признавая влияние "начавшегося в северорусской деревне процесса социального расслоения" на масштабы переселенческого движения в Сибирь, само это расслоение они не расценивают как проявление раннебуржуазных отношений на Русском Севере 25 . Так же и В. А. Александров пишет в данной связи просто о "расслоении" поморской деревни (не давая ему определено) 26 .


17 Преображенский А. А. Урал и Западная Сибирь в конце XVI - начале XVIII века, с. 68.

18 Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 12.

19 Вилков О. Н. К проблеме наемного труда в сибирской промышленности, конца XVI-начала XVIII в. В кн.: Промышленность Сибири в феодальную эпоху, с. 32. Эта же статья О. Н. Вилкова под несколько иным названием и с небольшими сокращениями опубликована в кн.: Исторические записки. Т. 108.

20 Алексеев А. И. Освоение русскими людьми Дальнего Востока и Русской Америки. М. 1982, с. 33 - 34.

21 Громыко М. М. Социально-экономические аспекты изучения генеалогии непривилегированных сословий феодальной Сибири. В кн.: История и генеалогия. С. Б. Веселовский и проблемы историкотенеалогических исследований. М. 1977.

22 См.: Алексеев А. И. Ук. соч., с. 33 - 34; Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 10 - 12, 38; Рабочий класс Сибири в дооктябрьский период, с. 25.

23 Курилов В. Н. Сибирская промышленность в XVII в., с. 7. Ту же мысль высказывает О. Н. Вилков: "Определенную роль в "ныталкивании" части европейского населения играли и сложившиеся на базе социального расслоения раннебуржуазные отношения, особенно четко выраженные в Поморье, в результате чего в Сибирь приходили крупные предприниматели и разоренный, ищущий заработка люд" (Вилков О. Н. Ук. соч., с. 32). '

24 См. Колесников П. А. Северная деревня в XV - первой половине XIX века. Вологда. 1976, с. 226 - 257.

25 Рабочий класс Сибири в дооктябрьский период, с. 25.

26 Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 38.

стр. 117


Важную роль на начальном этапе движения в Зауралье играли, как отмечается в литературе, жажда освоения промысловых богатств Сибири и относительная земельная теснота в районах выхода переселенцев 27 .

Исследования последних лет 28 подтвердили, что причины стихийных внутри- сибирских миграций XVII в. мало отличались от тех, которые вызывали непрерывный приток "сходцев" из европейской России. Главные из них - это, с одной стороны, стремление избавиться от феодальных повинностей во всех их проявлениях, а с другой - поиск лучших условий хозяйствования. Причем в рассматриваемое время в перераспределении населения внутри Сибири вольнонародные переселения имели ведущее значение, хотя заметную роль играла и деятельность властей 29 . Н. Ф. Емельянов показал, что в числе первых русских "насельников" Томского края было немало переведенцев из других сибирских уездов 30 .

Вопрос об источниках роста русского населения Сибири - один из центральных в работах о XVIII столетии. Все, кто занимается данной темой, разделяют мнение о том, что тогда заселение Сибири было обусловлено не столько притоком людей из-за Урала, сколько интенсивным естественным приростом. Однако в целом проблема пока не решена. Литература первой половины 70-х годов иногда характеризовала приток вольных переселенцев из европейской России как крайне незначительный и сводила роль бегства в заселении Сибири практически на нет 31 . Масштабы стихийного переселения при этом определялись косвенным путем по данным о естественном приросте, методика же подсчетов, как доказал Г. Ф. Быконя, применялась весьма несовершенная. Она-то, как выяснилось, и приводила к завышению естественного прироста, а следовательно, и его роли в пополнении русского населения Сибири в XVIII веке. Недостатки ревизского и церковного учета, по мнению Г. Ф. Быкони, ставят перед историками задачу совершенствования приемов обработки этих источников. "Обычно с завершением первичного устройства и окончанием льгот, - пишет он, - поселыцик и старообрядец, переведенец и ссыльный оказывались в податном окладе и последующий фискальный и церковный учет лишь в особых случаях выделял их из сторожилов"; как правило же, "эти новые тяглецы показывались в их общей массе по очередной ревизии либо приписывались в податные списки прежней". Практика подобных приписок осложняет подсчеты. "Без углубленной дальнейшей разработки этих вопросов вряд ли можно правильно судить о реальном соотношении источников формирования русского населения Сибири в XVIII в., а значит и о характере ее заселения" 32 .

На необходимость более осторожно оценивать достоверность статистических данных при изучении проблемы воспроизводства населения в Сибири в XVIII столетии указывает и А. Л. Перковский: "До сих пор остается невыясненным: какие компоненты естественного движения населения учитывались с большей, а какие - с меньшей полнотой? Поскольку нет ясности в этом вопросе, то и проблема определения достоверности тех или иных итогов демографического развития в масштабе


27 Там же, с. 37 - 38; Сафронов Ф. Г. Русские промыслы и торги на северо- востоке Азии в XVII - середине XIX в. М. 1980, с. 7 - 33; Рабочий класс Сибири в дооктябрьский период, с. 22 - 23.

28 Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 37, 94 - 95, 105; Этнография русского крестьянства Сибири, с. 15 - 16, 63-65, 68, 72; Емельянов Н. Ф. Население Среднего Приобья. Ч. 1, с. 104, 134.

29 Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 47 - 49; Емельянов Н. Ф. Заселение русскими Среднего Приобья, с. 50 - 57, 85, 119, 131.

30 Емельянов Н. Ф. Заселение русскими Среднего Приобья, с. 13 - 22, 48 - 59, 72 - 74, 82 - 85, 96 - 97, 101 - 105, 130 - 131, 139; его же. Население Среднего Приобья, ч. 1, с. 97 - 144, 234 - 235. Все перемещения, организованные сверху, автор считает принудительными, тогда как уже на этом этапе широкое развитие получила смешанная форма. Материал, которым располагает Н. Ф. Емельянов, не дает оснований для вывода о ведущей роли принуждения в заселении края до конца XVII века.

31 Колесников А. Д. Русское население Западной Сибири в XVIII-начале XIX в. Омск. 1973; Воробьев В. В. Формирование населения Восточной Сибири. Новосибирск. 1975.

32 Быконя Г. Ф. К вопросу о соотношении источников прироста русского населения Сибири в XVIII веке. В кн.: Хозяйственное освоение Сибири и рост ее народо населения (XVIII-XX вв.). Новосибирск. 1979, с. 115 - 116

стр. 118


страны или отдельных ее регионов для XVIII в. еще ждет своего решения" 33 . Представляется, что пути к решению этой проблемы - всестороннее изучение организации учета населения в Сибири в XVIII в., привлечение новых источников (в частности очередных рекрутских книг) и, наконец, обращение к той методике анализа источников, которую успешно используют эстонские историки 34 . Конечно, придется приспособить эту методику к сибирским материалам.

Вообще проблема надежности демографической статистики выдвигается сейчас на первый план. В результате произошла некоторая "реабилитация" вольно- переселенческого движения в Сибирь. Оно и в XVIII в. вымывало из европейской части страны значительное число людей - к такому выводу приходят авторы труда по истории рабочего класса Сибири. Введение паспортной системы в 20-х годах XVIII в. привело к резкому возрастанию в общей массе беглых удельного веса отходников-"невозвращенцев" 35 . Причем, как установил Г. Ф. Быконя, сибирские власти, соблюдая свои интересы и реально оценивая возможности борьбы с бегством, неоднократно предлагали центру оставлять пришлых из европейской России "без высылки", и правительство в 1740 - 1760-е годы несколько раз давало разрешение не высылать не только государственных крестьян и посадских людей с действительными и просроченными паспортами, но и "беглых, не помнящих родства людей", т. е. крепостных 36 .

Частое обращение правительства к вопросу о беглых в Сибирь само по себе есть свидетельство их многочисленности, что согласуется с данными "Истории крестьянства Сибири", где воспроизведены цифры В. К. Андриевича, определяющего число беглых в Сибирь на 1722 г. примерно в 40 тыс. душ муж. пола (около 17% всего русского мужского населения региона). Приведены и новые сведения о "беглых из российских городов", зарегистрированные разными проверками в за енисейской Сибири и свидетельствующие об интенсивности притока вольнопоселенцев из-за Урала в XVIII веке. "В 1720-х гг. десятки тысяч старообрядцев бежали из разгромленного керженского центра. Вряд ли когда-нибудь станет известно, сколько их оказалось в Сибири, но показательно, что с тех пор старообрядцев здесь стали называть "керженцами", "кержаками" 37 , - такие косвенные наблюдения, безусловно, полезны.

Есть и другая точка зрения, согласно которой в XVIII в. "миграционное движение в Сибирь было очень невелико", вообще после 1724 г. "приток вольных переселенцев почти прекратился" 38 . Убедительных доказательств в подтверждение этого, однако, не приведено.

В литературе последних лет получила развитие мысль об усилении в XVIII в. принудительного перемещения людей в Сибирь - в основном ссыльных 39 . Современное состояние изученности проблемы позволяет заключить, что в то столетие правительство вообще заметно расширило свою деятельность по заселению Сибири:


33 Перковский А. Л. Об изучении смертности и продолжительности жизни в России в XVIII веке. В кн.: Проблемы истории демографической мысли и критика буржуазных демографических концепций. Киев. 1979, с. 136; см. также: Миненко Н. А. Очерки по источниковедению Сибири XVIII - первой половины XIX в. Новосибирск. 1981, с. 7 - 17.

34 См.: Лиги X. Население крестьянского двора ("пере") в Эстонии в конце XVIII века. В кн.: Тезисы докладов и сообщений XII сессии Межреспубликанского симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. М. 1970; его же. О приемах составления и достоверности эстляндских гаковых ревизий XVIII в. В кн.: Источниковедение отечественной истории. 1975. М. 1976; Палли X. Естественное движение сельского населения Эстонии (1650 - 1799). Чч. 1 - 3. Таллин. 1980; Численность, структура и движение населения. Реферат, сб. Таллин. 1981.

35 Рабочий класс Сибири в дооктябрьский период, с, 52 - 54.

36 Быконя Г. Ф. Государственный порядок и местная практика территориальных и сословных миграций крестьян Сибири. В кн.: XXVI съезд КПСС и проблемы аграрной истории СССР (социально-политическое развитие деревни). XIX сессия Всесоюзного симпозиума по изучению проблем аграрной истории. Тезисы докладов и сообщений. М. 1982.

37 Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 158 - 160.

38 Кабузан В. М. Ук. соч., с. 24; Емельянов Н. Ф. Заселение русскими Среднего Приобья, с. 139.

39 Колесников А. Д. Состав переселенцев в Сибирь, с. 3; Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 160 - 161.

стр. 119


"В XVIII в. казна организовывала освоение недр Алтая, При-саянья и Забайкалья, создавала укрепленные военные линии по всей южной Сибири, прокладывала сухопутный Московский тракт и другие пути сообщения. Остро нуждаясь в рабочих руках, правительство все шире черпало колонизационный элемент в европейской части России и вое чаще прибегало к принудительному перемещению населения внутри самой Сибири" 40 . Ход правительственного заселения пограничных районов на юге Западной Сибири освещен Н. Е. Бекмахановой (автор опирается преимущественно на работы своих предшественников) 41 . Соотношение правительственной и народной инициативы в освоении Приенисейского края в XVIII в. рассматривает Г. Ф. Быконя. Он использует ревизские сказки и материалы церковного учета населения, сопоставляя их друг с другом и с документами иных типов, впервые привлекает в качестве статистических источников присяжные листы.

Проследив процесс заселения русскими пяти естественно-географических районов Средней Сибири (Хакасско-Минусинекого, притрактового, Красноярского, Енисейского и Туруханско-Таймырского), Г. Ф. Быконя нашел, что наиболее интенсивно в то время осваивались русскими плодородные земли от Красноярска на юг до Саян (Хакасско- Минусинский р-н), куда переселялись жители из лежащих севернее мест Приенисейского края и других уездов Сибири. В большинстве своем это были крестьяне и разночинцы, переселявшиеся добровольно. Меры властей по заселению Хакасско-Минусинского района в целях обеспечения безопасности границ и эксплуатации горнорудных богатств не дали, как следует из монографии Г. Ф. Быкони, заметных результатов. Гораздо большее значение имела переселенческая деятельность администрации в зоне Московско- Сибирского тракта. Оказалось, что первоначально власти организовали вольное заселение притрактового р-на (смешанная форма), но с 60-х годов XVIII в. главную роль играли меры принуждения. Такое положение сохранялось "до тех пор, пока тракт к 90-м гг. XVIII в. не был окончательно устроен и не было упорядочено его обслуживание ближним и дальним населением" 42 . Автору удалось показать, что усилия властей и народных масс по заселению зауральских пространств находились не только в сложном переплетении и взаимодействии, но и в противоборстве.

Последний вывод находит подтверждение в данных Н. Ф. Емельянова 43 . Вcего работах использован значительный материал из фонда Сибирского приказа ЦГАДА, дополняющий наши представления об участий народа, правительства и сибирской администрации в освоении Сибири. Однако поскольку автор не дает пояснения относительно критерия отбора документов для статистического анализа и о главных своих источниках говорит лишь в самой общей форме 44 , отказавшись от самой попытки выяснения их достоверности, то некоторые его выводы не кажутся убедительными. 45

Авторы новейших работ признают первостепенную роль внутрисибирских миграций в заселении и освоении Сибири в XVIII веке 45 . При этом самовольные переселения рассматриваются как своеобразная форма массового противодействия трудового люда системе государственного феодализма с его ограничениями свободы передвижения. В частности, продвижение русских в XVIII в. в южные районы Сибири объясняется не только экономическими причинами (поисками нераспаханных плодородных земель и пр.), но и стремлением избавиться от наиболее тяжелых форм эксплуатации. Большой интерес в данной связи представляют работы


40 Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 160.

41 БекмахановаН. Е. Ук. соч., с. 66 - 76.

42 Быконя Г. Ф. Заселение русскими Приенисейского края в XVIII в., с. 161.

43 Емельянов Н. Ф. Заселение русскими Среднего Приобья; его же. Население Среднего Приобья. Чч. 1 - 2.

44 На это обращено внимание в рец. Н. И. Никитина и А. А. Преображенского: История СССР, 1983, N 4, с. 159 (эта же рецензия напечатана в кн.: Проблемы исторической демографии СССР. Вып. 2. Томск. 1982). Помимо фонда Сибирского приказа, статистическая документация по тому же вопросу имеется и в других фондах ЦГАДА, а кроме того, в Тобольском архиве, ЦГИА СССР, ЦГВИА, Архиве Всесоюзного географического общества, и ее стоило бы, конечно, привлечь.

45 Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 157 - 166, 172 - 177; Быконя Г. Ф. Заселение русскими Приенисейского края, с. 246 и др.

стр. 120


Т. С. Мамсик, основанные на широком круге критически изученных источников, выявленных в сибирских и центральных архивах и в подавляющей массе впервые вводимых в научный оборот 46 . На материалах приписной деревни Т. С. Мамсик показала важную роль бегства в заселении Западной Сибири в 40 - 80-х годах XVIII. века. Основная причина бегства крестьян ид новые территории в рассматриваемый период, по ее мнению, - это "усиление феодального гнета в ранее освоенных районах Сибири", цель незаконных переселений состояла "в уклонении на время от уплаты ренты, исполнения феодальных повинностей". Имели значение и религиозные гонения со стороны властей, что прослеживается автором при изучении процесса складывания независимой от феодального государства промыслово-земледельческой общины "каменщиков" на Бухтарме и ее притоках.

Наименее изученным остается третий этап. Известно о возрастании роли ссылки в заселении Сибири в первой половине XIX в., однако в оценке этого фактора историки расходятся, Ф. С. Кузьмина, основываясь преимущественно на документах из фондов ЦГИА. СССР и Томского областного госархива, считает, что колонизационное значение ссылки и в первой половине XIX в. оставалось ограниченным, поскольку ссыльные "не приживалась" в местах своего поселения. "Существенной причиной слабых успехов в устройстве ссыльных, - пишет автор, - явилось отсутствие у них семей и недостаток материальных средств для создания хозяйства" 47 . В. М. Кабузан отводит ссылке большую роль 48 . Однако его точка зрения основывается главным образом на официальных данных о количестве ссыльнопоселенцев, прибывших за Урал, а о дальнейшей их судьбе в Сибири автор, в отличие от Ф. С. Кузьминой, сведений не приводит. Так же и Н. Ф. Емельянов на основе официальных данных полагает, что ссылка позволила правительству .за первую половину XIX в. "почти утроить население" Среднего Приобья, "перекрыть все ранее достигнутые результаты его роста в течение двух столетий" 49 .

Есть основания более критически подойти к оценке используемых данных. Комиссия Министерства государственных имуществ, ревизовавшая Томскую губ., отмечала, что количество ссыльнопоселенцев "показано соответственно причисления к селениям согласно распоряжений местного управления"; наличное же число проживающих в селениях ссыльных "вовсе не соответствует" первоначальному - ввиду "бродячей их жизни и самовольных отлучек" 50 . Председатель той же комиссии Г. Вонлярлярский докладывал министру, что "тысячи их, будучи лишены всякого надзора, блуждают из одного края в другой" 51 . Между тем все эти мигранты формально числились живущими в той волости или уезде, куда их сослали. Официальная статистика, таким образом, не отражала реальной ситуации.

Ф. С. Кузьмина отмечает, что в первой половине XIX в. появляется и другое направление в политике правительства по заселению Сибири: переселяться в Сибирь было разрешено государственным крестьянам из малоземельных губерний европейской России. Б связи с этим усилилась легальная вольная миграция 52 . И. Б. Маркова но материалам, обнаруженным в Томском архиве, охарактеризовала связанную с этим деятельность сибирской губернской администрации в 20 - 40-х годах XIX века 53 . Она, как и Ф. С. Кузьмина, в целом сдержанно оценивает эффективность деятельности властей по переселению за Урал государственных крестьян. Слабо изучено правительственное заселение Сибири в 40 - 50-х годах XIX в.,


46 Мамсик Т. С. Побеги как социальное явление. Приписная деревня Западной Сибири в 40 - 90-е годы XVIII в. Новосибирск. 1978; ее же. Новые материалы об алтайских "каменщиках". В кн.: Древнерусская рукописная книга и ее бытование в Сибири. Новосибирск. 1982. "Кузьмина Ф. С. Ук. соч., с. 22; Крестьянство Сибири в эпоху феодализма, с. 167 - 172.

48 Кабузан В. М. Ук. соч.

49 Емельянов И. Ф. Заселение русскими Среднего Приобья, с. 139.

50 ЦГИА СССР, ф. 1265, оп. 1, д. 71, лл. Зоб. -4.

51 Там же, ф.. 1589, оп. 1, д. 550, л. 16об.

52 Кузьмина Ф. С. Ук. соч.

53 Маркова И. Б. Об участии губернской администрации в организации переселения государственных крестьян в 20-40-е годы XIX в. (на примере Томской губернии). В кн.: Социально-политическое развитие Сибири в XIX-XX вв. Новосибирск. 1982.

стр. 121


когда им ведало Министерство государственных имуществ. Лишь некоторые его аспекты в последнее время нашли освещение в статьях А.. Д. Колесникова и М. М. Громыко 54 .

Большего внимания заслуживают самовольные переселения первой половины XIX века. По мнению Ф. С. Кузьминой, волна таких переселений становится особенно заметной с 20-х годов столетия 55 . В. М. Кабузан, видимо, считает, что бегство теряет с конца XVIII в. ощутимое значение, и рассматривает в числе мигрантов только легальных переселенцев и ссыльных. По мнению Т. С. Мамсик, вольное движение за Урал в рассматриваемый период определялось прежде всего "стремлением к земельному простору и устойчивому состоянию", которое крестьяне "теряли на родине" в результате наступления крепостничества. Самовольно переселялись преимущественно крестьяне-середняки - они составляли "самый сильный в экономическом плане колонизационный элемент"; в целом в первой половине XIX в. "массовые самовольные переселения выступали как стихийная, мучительная, но относительно результативная для крестьянства... форма борьбы с надвигавшимся раскрестьяниванием" 56 .

Вследствие недостаточной изученности масштабов переселенческого движения в Сибирь и обратного переселения в первой половине XIX в. представляется неубедительным основанное на фрагментарных данных мнение о том, что и в это время главным источником увеличения числа русских жителей Сибири был естественный прирост 57 . Как решение этого вопроса, так и в целом воссоздание картины русского заселения Сибири в эпоху феодализма связано с дальнейшим расширением круга используемых источников, совершенствованием методики их анализа (включая применение ЭВМ для обработки массовых данных) и возможно более полным учетом уже полученных результатов.

Я. А. Миненко


54 Колесников А. Д. Состав переселенцев в Сибирь; Громыко М. М. Община в процессе переселения "панцирных бояр" Себежского уезда в Сибирь. В кн.: Общественный быт и культура русского населения Сибири (XVIII - начало XX в.). Новосибирск. 1983. "Панцирными боярами" назывались некоторые группы государственных крестьян в Витебской губернии.

55 Кузьмина Ф. С. Ук. соч., с. 29 - 32.

56 Мамсик Т. С. Самовольные крестьянские переселения (По материалам Сибири первой половины XIX в.). В кн.: Хозяйственное освоение Сибири и рост ее народонаселения (XVIII-XX вв.). К вопросу о самовольных внутрисибирских миграциях Т. С. Мамсик обращается и в статье, посвященной Беловодью. Здесь она без видимых оснований связывает бегство с борьбой "нарождавшейся крестьянской буржуазии" за свободу своей "экономической деятельности" (см. ее же. Беловодцы и Беловодье (По материалам следственного дела о побеге 1827 - 1828 гг.). В кн.: Источники по культуре и классовой борьбе феодального периода. Новосибирск. 1982.

57 См. Кабузан В. М. Ук. соч., с. 25; Алексеев А. И. Ук. соч., с. 134; Колесников А. Д. Некоторые особенности формирования русского населения Сибири (XVI-XIX вв.), с. 42.

Orphus

© biblio.kz

Permanent link to this publication:

https://biblio.kz/m/articles/view/Обзоры-НОВЕЙШАЯ-СОВЕТСКАЯ-ИСТОРИОГРАФИЯ-О-ЗАСЕЛЕНИИ-СИБИРИ-РУССКИМИ-В-ЭПОХУ-ФЕОДАЛИЗМА

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Казахстан ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblio.kz/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Н. А. Миненко, Обзоры. НОВЕЙШАЯ СОВЕТСКАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ О ЗАСЕЛЕНИИ СИБИРИ РУССКИМИ В ЭПОХУ ФЕОДАЛИЗМА // Astana: Digital Library of Kazakhstan (BIBLIO.KZ). Updated: 28.07.2018. URL: https://biblio.kz/m/articles/view/Обзоры-НОВЕЙШАЯ-СОВЕТСКАЯ-ИСТОРИОГРАФИЯ-О-ЗАСЕЛЕНИИ-СИБИРИ-РУССКИМИ-В-ЭПОХУ-ФЕОДАЛИЗМА (date of access: 31.10.2020).

Publication author(s) - Н. А. Миненко:

Н. А. Миненко → other publications, search: Libmonster KazakhstanLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Казахстан Онлайн
Астана, Kazakhstan
687 views rating
28.07.2018 (825 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Образование Хазарского каганата
Catalog: История 
6 hours ago · From Казахстан Онлайн
Политические настроения в Казахстане в 1945-1985 гг.
2 days ago · From Казахстан Онлайн
Торговля и товарно-денежные отношения Золотой Орды
Catalog: Экономика 
9 days ago · From Казахстан Онлайн
Основные направления внешней политики Пакистана
18 days ago · From Казахстан Онлайн
Демократическая республика Грузия и ее вооруженные силы. 1918-1921 гг.
18 days ago · From Казахстан Онлайн
Преследование памяти женщины-фараона Хатшепсут
Catalog: История 
22 days ago · From Казахстан Онлайн
Турция и мусульмане Советской России. 1921-1922 гг.
22 days ago · From Казахстан Онлайн
Россия и Лондонский пакт 26 (13) апреля 1915 г.
Catalog: Право 
26 days ago · From Казахстан Онлайн
Дворцовое хозяйство в Дербенте в начале XVIII в.
26 days ago · From Казахстан Онлайн
Рештский договор 1732 г.
Catalog: Право 
26 days ago · From Казахстан Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
latest · Top
 
1
Вacилий П.·zip·45.48 Kb·1214 days ago
1
Вacилий П.·xlsx·19.25 Kb·1214 days ago
1
Вacилий П.·xls·31.84 Kb·1214 days ago
1
Вacилий П.·txt·2.07 Kb·1214 days ago
1
Вacилий П.·rtf·8.2 Kb·1214 days ago
1
Вacилий П.·rar·46.19 Kb·1214 days ago
1
Вacилий П.·pptx·41.16 Kb·1214 days ago
1
Вacилий П.·pdf·29.17 Kb·1214 days ago

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

BIBLIO.KZ is a Kazakh open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Обзоры. НОВЕЙШАЯ СОВЕТСКАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ О ЗАСЕЛЕНИИ СИБИРИ РУССКИМИ В ЭПОХУ ФЕОДАЛИЗМА
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Kazakhstan Library ® All rights reserved.
2017-2020, BIBLIO.KZ is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Kazakhstan


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones