Книга научного сотрудника Восточного факультета ЛГУ А. П. Григорьева, несмотря на сравнительно небольшой объем, может быть поставлена в один ряд с исследованиями, знаменующими собой начало нового направления в документальном источниковедении истории Востока. Здесь впервые к изучению жалованных грамот монгольских ханов применены принципы и методы европейской (главным образом русской) дипломатики, то есть приемы точного анализа внутренней формы исторических документов. Как справедливо отметил автор во введении, до сих пор "восточная дипломатика не превратилась еще в специальную дисциплину, не отпочковалась, по существу, от источниковедения, палеографии, хронологии, сфрагистики, истории канцелярий и нотариата" (стр. 4). И рецензируемая работа является определенным шагом на пути становления восточной дипломатики как самостоятельной дисциплины.

Отправным пунктом для изучения внутренней формы чингизидских грамот послужили автору исследования ряда советских историков, которые разработали теоретические принципы дипломатики в применении к древнерусским актам¹ . Многие книги русских, советских и зарубежных востоковедов, на которые ссылается А. П. Григорьев, подготовили почву для изучения восточных актов с позиций дипломатики.

Основной материал для дипломатического анализа, проведенного в книге, составили 92 документа, написанные в XIII - XV вв. уйгурским, квадратным, китайским и арабским письмом и относящиеся к обширной территории, захваченной Чингисханом и его потомками. В числе проанализированных - множество тарханных грамот храмам и монастырям, восемь проезжих и другие акты и письма. Грамоты золотоордынских ханов, сохранившиеся, как известно, только в поздних копиях и в старинных русских переводах, в книге не использованы, однако исследование автором других, менее известных документов дает немало ценного для научной реконструкции и золотоордынских грамот. Собранный в книге обширный филологический и исторический материал, убедительное толкование многих терминов, касающихся налогообложения, чинов и титулов, социальных слоев и т. п., не могут не привлечь внимания филологов и историков, хотя и трудно согласиться с некоторыми выдвинутыми автором гипотезами, например, о значении терминов "дарубаст" (стр. 102) и "садр" (стр. 48, 52, 53). Вызывает возражение также одно из положений вводной главы: думается, что сходная эволюция внутренней формы актов не дает права утверждать, что документы, отражающие социально-экономические процессы, происходящие в одной области, применимы к характеристике тех же процессов на соседней территории (стр. 5).

Автор впервые провел систематическое членение текстов чингизидских жалованных грамот, разделив их на статьи, предложения, обороты и элементы, что дало возможность проследить процесс изменения формуляров (то есть схем построения) документов в XIII - XV вв. и выяснить некоторые местные особенности. Для этой работы понадобилось знание тюркского, монгольского, китайского, арабского и персидского языков, расшифровка текстов разных видов восточной письменности и тщательное ознакомление с литературой на западных и восточных языках.

Важным выводом из исследования разноязычных грамот Чингизидов является установление того факта, что в основе переводов на другие языки лежал образец, составленный по-монгольски. Автором выяснены формы первоначального оригинала и дальнейшие канцелярские нововведения, связанные, например, с переходом от уйгурской к квадратной письменности в 1269 г.: в то время произошло выделение статьи "обращение" из мотивировочной статьи грамот "великих и многих улусных ханов", тогда как в грамотах, составлявшихся на окраинах, во владениях Хулагуидов, Чагатаидов и Тимуридов, долго еще сохранялось употребление уйгурской письменности и старого формуляра (стр. 21). Автор подробно исследовал изменение формы и содержания статьи "обращение" в тимуридских грамотах второй половины XV века. Им отмечено, что жалованная грамота 1469 г. одного из ферганских правителей, Умар-Шейха, обращена к чиновникам Маргеланского округа - тушимэлам,

¹ С. М. Каштанов. Очерки русской дипломатики. М. 1970; Л. Н. Пушкарев. Классификация русских письменных источников по отечественной истории. М. 1975.

стр. 148

амалдарам и начальникам почтовых станций, тогда как в грамотах Хусайна Байкары (1469 - 1506 гг.) "обращение" направлено прежде всего к кровным родственникам - братьям, сыновьям и т. п., а потом уже к эмирам, садрам, везирам и другим вельможам. Дело в том, что грамота Умар-Шейха написана уйгурским письмом и в точности повторяет форму статей чингизидских и чагатаидских актов XIII - XIV вв., тогда как грамоты Хусайна Байкары, написанные арабским алфавитом, имеют совершенно другое обращение, ни по форме, ни по содержанию не сохранившее ничего общего с грамотой Умар- Шейха. Из этого автор делает важное заключение, что именно уйгурское письмо способствовало консервации формуляров, которые уже давно отжили свой век.

Автор отмечает, что в большинстве грамот конца XV в. официальные и частные лица, составляющие их адресат, не просто называются, а сопровождаются цветистыми, подчас очень сложными эпитетами-характеристиками, редко повторяющимися в других грамотах, так что статья "обращение" каждой отдельной грамоты представляет своеобразный "шедевр" канцелярского искусства. Эта особенность, как нам представляется, не только новшество своего времени, определенный отход от монгольской традиции, но также до некоторой степени и возвращение к практике домонгольских канцелярий. В подтверждение этого сошлемся на грамоты дивана султана Синджара первой половины XII в., опубликованные в книге "Китаб-и Атабат ал-Катаба", сочинение Атабека Джувайни, изданное Аббасом Икбалом (Тегеран. 1329/1950), а также грамоты хорезмшаха Текеша в книге "Ат-Тавассул ила-л- Тарассул", сочинение Мухаммада Багдади, изданное Ахмадом Бахманйаром (Тегеран. 1315/1936). Часть последнего источника была опубликована В. В. Бартольдом в 1898 г. в первом томе его диссертации "Туркестан в эпоху монгольского нашествия".

И в заключение обратим внимание на две не учтенные в книге публикации жалованных грамот Тимурида Султан-Махмуда: 1. А. Егани. Ярлык султана Махмуда Тимурида (1494 г.). ("Известия" АН Таджикской ССР, Отделение общественных наук, Душанбе, 1975, N 3 (81), стр. 73 - 82). Там же поправки к чтению документов, опубликованных в кн.: H. Busse. Untersuchungen zum islamischen Kanzleiwesen an Hand turkmenischer und safawidischer Urkunden (Kairo. 1959). 2. Указ султана Махмуд-мирзы от сентября 1487 г., в книге: Устод Халилаллах Халили. Ямган. "Энис Мухаммад Ибрахим Аббас" (Кабул. 1338/1919, стр. 6 - 7).

Permanent link to this publication: