Libmonster ID: KZ-2122

РАССКАЗ

Наконец я понял, что непременно должен найти шейха Заабалави.

Имя его я впервые услышал в песне: Что сталось с миром, Заабалави? Перевернулся он вверх дном, И не найти приюта в нем.

Эту песню повсюду распевали во времена моего детства, и однажды по детской привычке постоянно задавать вопросы я спросил отца:

- Кто такой Заабалави, папа?

Во взгляде отца я прочел колебание: словно он сомневался в моей способности понять его, но все-таки он ответил:

- Да будет с тобой его благодать! Это истинный святой из святых Аллаха, он отгоняет заботы и скорби. Если бы не он, я умер бы от печали.

И в последующие годы мне не раз приходилось слышать, как горячо благодарил отец святого за его доброту и щедрость.

Прошло время, и меня одолели многие хвори. Для каждой я без особого труда и без больших затрат находил нужное лекарство. Но однажды напала на меня хворь, лекарства от которой нет ни у кого. Все мои поиски оказались тщетными, и я впал в отчаяние. Тут-то я и вспомнил слышанное в детстве и подумал: а почему бы мне не поискать шейха Заабалави?! Вспомнил, как отец говорил, что познакомился с ним в доме шейха Камара, в квартале Хан Гаафар, шейх этот служил в шариатском суде. Я направился в дом шейха и, желая убедиться, что он по-прежнему в нем живет, задал этот вопрос продавцу бобов, торговавшему у входа в дом. Продавец воззрился на меня с изумлением:

- Шейх Камар?! Да он уже давным-давно уехал из этого квартала. Говорят, проживает теперь где-то в Гарден-сити, а контора его на площади ал-Азхар.

Я узнал адрес конторы по телефонному справочнику и тотчас же отправился туда, в здание торговой палаты. Осведомился, принимает ли шейх, и вошел в его кабинет после того, как оттуда вышла красивая госпожа, опьянившая меня терпким ароматом своих духов. Шейх встретил меня улыбкой и указал на роскошный кожаный стул, приглашая сесть. Даже сквозь толстую подошву ботинок я ощутил мягкость и густоту ворса ковра. Сам хозяин кабинета был одет в современный костюм и курил сигару. Весь его облик говорил об уверенности в себе и привычке к дорогим вещам. Взгляд был так приветлив, что можно было не сомневаться - он видит во мне клиента. От мысли, что я отнимаю у него драгоценное время, мне стало неловко.

- Добро пожаловать, - произнес шейх, приглашая к разговору.

Не зная, как преодолеть неловкость, я сказал:

- Я сын вашего старого друга шейха Али ат-Татави!

В его взгляде промелькнул холодок, только промелькнул, очевидно, он еще не потерял надежду, и он ответил:

- Да упокоит его Аллах, он был добрый человек. Та же боль, которая вынудила меня прийти к нему, придала мне смелости продолжить:

- Он рассказывал мне об одном добром святом по имени Заабалави, с которым познакомился в доме Вашей чести. Я хотел бы разыскать его, если он еще жив.

Холод утвердился в его взгляде, и я не был бы удивлен, если бы он выставил меня вон вместе с памятью о моем отце. В его тоне прозвучала решимость положить конец разговору:

- Это было очень давно, я почти не помню его.

Я поднялся со стула, давая понять, что ухожу, и спросил:

- Он действительно был святым?

- Мы считали его чудом.

Уже направляясь к двери, я все же решился задать последний вопрос:

- А где я могу найти его сегодня?

- Единственное, что я знаю, он жил в доме ал-Баргави, возле ал-Азхара.

И демонстративно склонился над бумагами, лежавшими перед ним на столе, давая понять, что больше не раскроет рта. Благодарно кланяясь и рассыпаясь в извинениях, я покинул кабинет. От конфуза все мысли мои спутались.

Не мешкая, я направился к дому ал-Баргави, кото-

стр. 71

рый стоит в квартале, буквально кишащем людьми. Ветхий дом больше напоминал руину, фактически от него остался один фасад, и двор, который, несмотря на наличие ограды, использовался в качестве помойки. Над входом был навес, под которым сидел человек, торговавший старыми книгами, религиозными и суфийскими. Он был так мал ростом и тщедушен, что казался подростком. Когда я спросил его о Заабалави, он уставился на меня узкими воспаленными глазами и удивленно воскликнул:

- Заабалави! Вот те на! Давно это было, клянусь Аллахом! Он действительно жил в этом доме, когда дом был еще пригоден для жилья. Частенько сиживал тут, у меня, и рассказывал о минувших днях. Общение с ним было благословенным даром. Но где он сейчас, Заабалави?!

Человек горестно пожал плечами и тут же отвернулся от меня навстречу подошедшему покупателю. Я пошел расспрашивать владельцев ближайших лавок и выяснил, что многие из них вообще не слышали о Заабалави. Другие с сожалением вспоминали добрые старые времена, когда Заабалави жил в квартале, но нынешнего места его жительства не знали. А находились и такие, кто откровенно насмехался над ним, обзывал шарлатаном и советовал мне показаться доктору - как будто я уже не показывался! Мне ничего не оставалось, как вернуться домой не солоно хлебавши.

Потянулись мрачные, мутные дни, боли мои усиливались, я понял, что долго так не протяну. И снова пустился на поиски Заабалави, цепляясь за надежду, возбуждаемую в моей душе его именем. Тут мне и пришла в голову мысль навестить старосту квартала. По правде говоря, я даже удивился, как это не подумал о нем с самого начала! Контора старосты напоминала скорее лавчонку, но в ней был письменный стол и телефон. Староста сидел за столом в полосатой галабее и в надетом поверх нее пиджаке. Мое появление не прервало его разговора с сидевшим рядом человеком, и я стоя ожидал, пока посетитель не ушел. Тогда староста обратил взор на меня. Я рассыпался в любезностях, подбирая ключ к его душе, и вскоре лицо его подобрело. Он предложил мне сесть и поинтересовался, с каким делом я к нему пришел.

- Мне нужен шейх Заабалави.

Староста посмотрел на меня с таким же изумлением, как и прежние мои собеседники, и, обнажив в улыбке золотую челюсть, сообщил:

- Во всяком случае, он жив. Не умер. Но загвоздка в том, что у него нет постоянного местожительства. Ты можешь столкнуться с ним, выходя отсюда, а можешь провести долгие дни и месяцы в безуспешных поисках.

- Даже ты не можешь его отыскать?!

- Даже я! Он человек непредсказуемый. Но я благодарю Господа за то, что он по-прежнему жив.

Какое-то время он молча разглядывал меня, потом пробормотал:

- Видно, крепко тебя прихватило...

- Да уж...

- Да поможет тебе Аллах!.. Но, слушай, почему бы тебе не прибегнуть к помощи здравого смысла?

Он расстелил на столе лист бумаги и неожиданно быстро и ловко стал чертить на нем линии, пока не нарисовал полный план квартала - улицы, переулки, тупики, площадь. Восхищенно полюбовался своей работой и пояснил:

- Это - жилые дома, это - ряд торговцев благовониями, это - ряд медников, тут Хан ал-Халили, здесь полицейский участок и пожарная команда. План - лучший указатель! И обрати внимание на кофейни, дервишеские обители, мечети, рынки и прочее. Он может затеряться и в толпе нищих - не отличишь. Правда, я не видел его уже много лет и даже не вспоминал о нем за повседневной суетой. Но твой вопрос о нем вернул меня в лучшую пору юности.

Я растерянно смотрел на план. Тут зазвонил телефон. Староста одной рукой поднял трубку, другой широким жестом протянул мне план:

- Держи. А мы всегда к твоим услугам.

Я на ходу свернул план в трубку и отправился прочесывать квартал от площади до последнего переулка, а по дороге расспрашивал всех встречных, не знают ли они, где может жить Заабалави. Наконец какой-то гладильщик сказал мне:

- Ступай к Хасанейну, каллиграфу, на улице Умм Гулам, он был его другом.

Я зашагал к улице Умм Гулам, нашел там узкую и длинную мастерскую, полную разноцветных вывесок и надписей, и застал дядюшку Хасанейна за работой. Изо всех углов тянуло странным запахом смеси клея и растворителя красок. Дядюшка Хасанейн сидел на корточках на бараньей шкуре перед прислоненной к стене доской, на которой он только что вывел серебром имя Аллаха, и старательно подправлял буквы. Я стал у него за спиной, не решаясь отвлечь от работы и нарушить вдохновение, водившее его искусной рукой. Ждать пришлось довольно долго. Вдруг, не поворачивая головы, он дружелюбно протянул:

- Да-а...

Я понял, что он знает о моем присутствии, назвал ему свое имя и объяснил:

- Мне сказали, что шейх Заабалави твой друг, а он мне очень нужен.

Рука его замерла, он с удивлением взглянул на меня и вздохнул:

- Заабалави! Боже мой!

- Он твой друг, не так ли? - настаивал я.

- Друг, не друг, не знаю. Он человек-загадка! То приходил чуть ли не каждый день - его даже принимали за моего близкого родственника, то пропадал, словно его и не было. Однако же святых не упрекают.

Надежда угасла в моей душе так же внезапно, как гаснет лампочка, когда отключают электричество.

- Раньше, - продолжал мой собеседник, - что бы я ни рисовал, мне всегда казалось, что я рисую его. А сегодня, где он?!

- Быть может, он еще жив?

- Он без сомнения жив. У него был непревзойденный вкус! Благодаря ему я создал лучшие мои работы.

- Аллаху известно, как я в нем нуждаюсь, и ты поймешь, что я готов на все, лишь бы найти его - в голосе моем отчаяние почти заглушало надежду.

Дядюшка Хасанейн одарил меня светлой улыбкой:

- Конечно, да исцелит тебя Аллах! Он и вправду таков, как о нем говорят и даже больше.

Я с трудом оторвал ноги от пола, пожал ему руку и вышел. И снова отправился бродить по кварталу, расспрашивая старожилов и людей в возрасте, не знают ли они чего о Заабалави. Наконец один торговец боба-

стр. 72

ми сообщил мне, что не так давно встретил его в доме шейха Гадда, известного певца. Я тут же поспешил к музыканту, жившему на улице ат-Тумбакшия, и застал его дома, в комнате, обставленной красивой старинной мебелью, где все дышало прошлым. Он сидел на диване, а его знаменитая лютня лежала рядом, тая в себе самые прекрасные напевы нашего времени. Из глубины дома доносился стук пестика и детский гомон.

Когда я поздоровался и представился, он приветствовал меня самым радушным образом и предложил располагаться как дома. Ни вопросом, ни намеком не выказал интереса к цели моего прихода, и я почувствовал, что радушие его искренно. Искра надежды вспыхнула в душе.

- Шейх Гадд, я большой поклонник Вашего искусства и часто слушал Ваши песни в исполнении других певцов и певиц.

- Спасибо, - улыбнулся он.

- Простите, что я Вас побеспокоил, но мне сказали, что Заабалави Ваш друг, а он мне очень нужен.

Певец задумался, нахмурив лоб:

- Заабалави! Ты говоришь, он тебе нужен? Но где он, Заабалави?

- Разве он не навещает Вас?

- Его лицо незабываемо прекрасно.

- Так где же он?

-Он приходил ко мне не так давно, возможно, вскоре снова придет, а может быть, я не увижу его до самой смерти.

Я глубоко вздохнул:

- Отчего же так?

Взяв в руки лютню, он ответил со смехом:

- Уж таковы они, святые!

- И каждый ищущий с ним встречи мучается также, как я?

- Эти муки - начало пути к исцелению!

Коснулся пальцами струн, и они отозвались приятным звоном. Поглощенный своими мыслями, я произнес вслух:

- Значит, напрасно я сюда пришел!

Он улыбнулся, прижался щекой к лютне и сказал:

- Да простит тебя Аллах, разве так говорят о визите, познакомившем меня с тобой, а тебя со мной?

Я страшно смутился и поспешил извиниться:

- Не сердитесь на меня. Пережитые неудачи заставили меня забыть о вежливости.

- Не поддавайся неудачам. Этот удивительный человек ставит в тупик всех ищущих его. В былые времена, когда всем было известно, где он обретается, с ним все было просто. Сегодня мир изменился, и если раньше его почитали больше, чем правителей, то сейчас полиция преследует как шарлатана, и найти его нелегко. Но терпи и верь, что ты его отыщешь.

Он поднял голову от лютни, начал перебирать струны, они зазвучали, звуки сложились в мелодию, и он запел:

  
  
 О той, которую люблю, я бесконечно вспоминаю, 
 Беседы с милой, как вино - я о разлуке забываю. 
  
 



Я слушал чарующие музыку и голос, но они не находили отклика в моем измученном сердце. Закончив, певец сказал:

- Эту песню я сложил за одну ночь, помнится, то была ночь праздника Разговения. Он провел ее в моем доме. И сам подобрал стихи для песни. Он сидел на том же месте, где сидишь ты, а иногда поднимался, чтобы поиграть с моими детьми, и вел себя так, словно он один из них. Всякий раз, когда я отвлекался или у меня пропадало вдохновение, он шутливо бил меня в грудь, старался рассмешить, и мелодия вновь рождалась в моем сердце, и я продолжал работу, пока не сочинил лучшую свою песню. Удивленный, я спросил:

- Он что, понимал и в музыке?

- Он - сама музыка! И голос у него - заслушаешься. И сразу хочется петь, в груди вспыхивает жажда творчества.

- А как он излечивает от хворей, не поддающихся лечению?

- Это его тайна. Быть может, он раскроет ее тебе при встрече.

- Но когда состоится встреча?!

Мы оба умолкли, и шум детских голосов наполнил комнату. Потом шейх Гадд снова запел и пел долго. Помню, как под переливы волшебной мелодии мне почудилось, что даже стены затанцевали, словно опьяненные звуками. Я выразил свое искреннее восхищение. Он поблагодарил улыбкой. Мы попрощались, и он проводил меня до выхода. А когда я жал ему руку, сказал:

- Я слышал, в последнее время он бывает у хаджи Ванса ад-Даманхури. Ты знаком с ним?

Я отрицательно покачал головой, но волна новой надежды омыла мне сердце.

- Хаджи, - добавил он, - получил в наследство поместье в деревне и в Каире бывает лишь наездами. Останавливается в какой-нибудь гостинице, но все вечера проводит в винной лавке "Звезда", на улице ал-Апфи.

Дождавшись вечера, я отправился в винную лавку. Спросил официанта о хаджи Вансе, и он указал на угол, отделенный от общего зала огромной четырехгранной колонной, каждая грань которой была украшена зеркалом. Там в полном одиночестве сидел за столиком человек, перед которым стояли две бутылки - одна опустошенная на две трети, вторая - совсем пустая. Никакой еды или закуски на столике не было. Я сообразил, что вижу перед собой пропойного пьяницу. Хаджи был одет в просторную шелковую галабею, голову украшала щегольская, закрученная "винтом" чалма. Его вытянутые ноги упирались в подножие колонны. А взгляд был устремлен в зеркало и выражал спокойствие и удовлетворение. Округлое, приятное, несмотря на возраст, лицо порозовело от выпитого. Я приблизился к нему и остановился в двух шагах. Он не обратил на меня никакого внимания и, казалось, не ощущал моего присутствия.

Почтительным тоном, негромко я произнес:

- Добрый вечер, господин Ване.

Он обернулся ко мне так резко, словно мой голос пробудил его ото сна, и вперил в меня недовольный взгляд.

Я назвал ему свое имя, попросил прощения за беспокойство и не очень связно объяснил причину своего появления. Он прервал меня почти приказным тоном, не лишенным, однако, и удивительной мягкости:

- Во-первых, сядь, пожалуйста, а во-вторых, пей!

Я открыл было рот, чтобы отказаться, но он заткнул себе уши пальцами:

стр. 73

- Ни слова, пока ты не сделаешь, что я велел.

Я понял, что имею дело со взбалмошным пьянчугой, и решил для начала подыграть ему. Сел, улыбнулся и сказал:

- Прошу, разреши мне задать только один вопрос. Он, не вынимая пальцев из ушей, кивком указал на бутылку.

- Когда я сижу так, как сейчас, я никому не позволяю заводить со мной разговор, пока он не напьется, как я. Иначе общение не доставит никакого удовольствия, и мы не сможем понять друг друга.

Я показал ему знаком, что не пью, но он лишь отмахнулся:

- Это твое дело, а я ставлю свои условия!

И налил мне в свой стакан. Мне ничего не оставалось, как выпить. Едва выпитое дошло до желудка, все внутри у меня воспламенилось. С трудом дождавшись, пока пожар немного утихнет, я воскликнул:

- Крепко! А теперь я хочу тебя спросить о... Но он снова заткнул уши пальцами:

- Я не стану тебя слушать, пока ты не опьянеешь.

Налил по второму разу. Я колебался. Потом преодолел свой внутренний протест и выпил залпом. Когда вторая порция очутилась там же, где и первая, я утратил силу воли, а после третьей лишился и памяти. После четвертой пропало будущее, и все вокруг перевернулось. Я забыл, зачем пришел. Мой компаньон предложил выслушать меня, но я видел на его месте лишь какие-то расплывчатые цветные пятна, и все остальное тоже представлялось сплошным туманом. Прошло не знаю сколько времени, голова моя откинулась на спинку стула, и я погрузился в глубокий сон. Во сне мне привиделась такая немыслимая красота, какая никогда раньше не снилась. Я находился в бескрайнем саду, где росло множество деревьев, а сквозь их переплетающиеся ветви виднелись звезды небес. Было время заката, я лежал на пригорке, поросшем жасмином, и на меня опадали его цветы. Прозрачные брызги от фонтанных струй кропили мне голову и лоб. Я испытывал чувство необыкновенного покоя и счастья. В ушах звенел птичий щебет, чириканье, воркование. Я ощущал удивительное согласие с самим собой и со всем миром. Все на своих местах, там, где и должно быть. Ничто ни с чем не диссонирует, никаких отклонений, никаких изъянов. Ничто в целом мире не побуждает ни к слову, ни к движению. Упоение овладело вселенной. Все это длилось краткий миг, и я открыл глаза. Возвращение сознания было подобно удару кулака полицейского. Я увидел Ванса ад-Даманхури, смотревшего на меня с сочувствием. В винной лавке оставалось лишь несколько сонных клиентов. Ване сказал:

- Ты спал так крепко. Видно, изголодался по сну.

Я оперся тяжелой головой на ладонь, но тут же отдернул ее с удивлением - на ладони остались блестящие капли воды.

- Меня облили! - воскликнул я возмущенно.

- Да, - спокойно откликнулся Ване, - мой друг пытался разбудить тебя.

- Кто-то видел меня в таком состоянии?!

- Не волнуйся, он хороший человек. Ты слышал о шейхе Заабалави?

Я вскочил с места с криком:

- Заабалави!

- Да, а что? - удивился он.

- Где он?

- Не знаю, где он сейчас. Был здесь, потом ушел.

Я сорвался было бежать, но не хватило сил, в изнеможении я снова плюхнулся на стул и отчаянным голосом закричал:

- Я пришел сюда только затем, чтобы увидеться с ним. Помоги мне, пошли кого-нибудь поискать его.

Хаджи подозвал торговца креветками и велел ему разыскать и привести шейха. Потом обернулся ко мне:

- Я не знал, что ты болен, мне очень жаль.

- Ты не дал мне сказать, - сердито буркнул я.

- Вот незадача! Он сидел на этом стуле, рядом с тобой, все время играл с венком из жасмина, который один из его почитателей надел ему на шею. Потом ему стало жаль тебя, и он обрызгал твою голову водой в надежде, что ты проснешься.

Я спросил, не сводя глаз с двери, за которой скрылся торговец креветками:

- Он встречается здесь с тобой каждый вечер?

- Он приходил сегодня, вчера и позавчера, а до этого я не видел его около месяца.

- Может быть, придет завтра, - вздохнул я.

- Может быть.

- Я готов заплатить ему столько, сколько он потребует.

- Как ни странно, денег он не берет, но если ты встретишься с ним, он тебя вылечит.

- Бесплатно?

- Ему достаточно почувствовать, что ты его любишь.

Торговец креветками возвратился, не найдя шейха. Я уже почти пришел в себя и, пошатываясь от слабости, покинул винную лавку. На каждом углу я взывал "Заабалави!" - вдруг он где-то поблизости. Но никто не откликался. Вокруг меня столпились мальчишки и насмехались надо мной, поэтому я воспользовался первым попавшимся такси, чтобы нырнуть в него.

Я провел с Вансом ад-Даманхури и следующую ночь. Мы сидели до зари, но шейх не пришел. Ване сообщил, что собирается уехать в деревню и вернется в Каир только после уборки урожая - продать хлопок. Я сказал себе, что должен ждать и запастись терпением. Хорошо уже, что я удостоверился не только в существовании Заабалави, но и в том, что он сочувствует мне, а значит согласится лечить меня, если мы встретимся. Но время от времени мной овладевала усталость, я впадал в отчаяние и пытался убедить себя прекратить думать о нем. Сколько страдающих хворями в этой жизни вообще не знают о нем или считают его сказкой. Почему же я так терзаюсь из-за него?

Но стоит только усилиться болям, как я снова возвращаюсь мыслями к нему и спрашиваю себя: когда же я добьюсь встречи? Меня не останавливает отсутствие вестей от Ванса и слухи о том, что он уехал навсегда за границу. По правде говоря, я окончательно уверился в том, что должен найти Заабалави. Именно так, я должен найти Заабалави.

Из сборника "Мир Аллаха", Каир, 1977.

Перевод с арабского В. КИРПИЧЕНКО


© biblio.kz

Permanent link to this publication:

https://biblio.kz/m/articles/view/ЗААБАЛАВИ

Similar publications: LKazakhstan LWorld Y G


Publisher:

Цеслан БастановContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblio.kz/Ceslan

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

НАГИБ МАХФУЗ, ЗААБАЛАВИ // Astana: Digital Library of Kazakhstan (BIBLIO.KZ). Updated: 06.07.2023. URL: https://biblio.kz/m/articles/view/ЗААБАЛАВИ (date of access: 05.03.2024).

Found source (search robot):


Publication author(s) - НАГИБ МАХФУЗ:

НАГИБ МАХФУЗ → other publications, search: Libmonster KazakhstanLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Цеслан Бастанов
Atarau, Kazakhstan
154 views rating
06.07.2023 (242 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
ПОЛИТИКА КАЗАХСТАНА НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ И КАЗАХСТАНСКО-ЕГИПЕТСКИЕ ОТНОШЕНИЯ
Yesterday · From Цеслан Бастанов
ЭФИОПИЯ: ЭТНОПОЛИТИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ В ШТАТЕ ГАМБЕЛЛА
2 days ago · From Цеслан Бастанов
МЭР ЛОНДОНА - МУСУЛЬМАНИН
4 days ago · From Цеслан Бастанов
"ИСЛАМСКОЕ ГОСУДАРСТВО" В ЛИВИИ
8 days ago · From Цеслан Бастанов
ИСЛАМСКИЕ ФИНАНСЫ И ВЫЗОВЫ СОВРЕМЕННОСТИ
Catalog: Экономика 
11 days ago · From Цеслан Бастанов
ИСЛАМСКАЯ ФИНАНСОВАЯ МОДЕЛЬ: ПЛЮСЫ И МИНУСЫ
Catalog: Экономика 
12 days ago · From Цеслан Бастанов
ПОЛИТИЧЕСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ В ЯПОНИИ
14 days ago · From Цеслан Бастанов
XII СЪЕЗД КПВ В ОЦЕНКАХ ПОЛИТИКОВ И УЧЕНЫХ
15 days ago · From Цеслан Бастанов
XII CONGRESS OF THE CPV IN THE ASSESSMENTS OF POLITICIANS AND SCIENTISTS
Catalog: История 
15 days ago · From Цеслан Бастанов
СОВЕТСКИЕ ЛЕТЧИКИ В НЕБЕ КИТАЯ
17 days ago · From Цеслан Бастанов

New publications:

Popular with readers:

News from other countries:

BIBLIO.KZ - Digital Library of Kazakhstan

Create your author's collection of articles, books, author's works, biographies, photographic documents, files. Save forever your author's legacy in digital form. Click here to register as an author.
Library Partners

ЗААБАЛАВИ
 

Editorial Contacts
Chat for Authors: KZ LIVE: We are in social networks:

About · News · For Advertisers

Digital Library of Kazakhstan ® All rights reserved.
2017-2024, BIBLIO.KZ is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Kazakhstan


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of affiliates, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. Once you register, you have more than 100 tools at your disposal to build your own author collection. It's free: it was, it is, and it always will be.

Download app for Android