Автор: И. В. ЗАЙЦЕВ
ТУРКОЛОГИЧЕСКИЕ И ОСМАНИСТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ. Turkish and Ottoman Studies. Вып. IV, V. Ереван, 2006; 2008. 292 с; 262 с. (1)
ДОКУМЕНТЫ ПО ИСТОРИИ ВОЛГО-УРАЛЬСКОГО РЕГИОНА XVI-XIX ВЕКОВ ИЗ ДРЕВЛЕХРАНИЛИЩ ТУРЦИИ. Сб. документов. Сост. И. А. Мустакимов. Казань: Гасхар, 2008. 464 с, ил. (2)
Два последних по времени выпуска выходящего в Ереване сборника под общей редакцией директора Института востоковедения НАН Армении Рубена Сафрастяна имеют схожую структуру: разделы "Ottomanica", "Turcica" и "Armeno-Turcica", посвященные соответственно османи-стике, проблемам общей тюркологии и исследованиям Турции республиканского периода, а также различным аспектам армяно-турецких связей. В выпуске IV помещены также три рецензии на близкие по тематике сборника издания (в частности, на турецкий двухтомник Гаро Кюркмана "Армянские художники при османском дворе, 1600 - 1923 гг.").
Статьи первого раздела в обоих выпусках относительно немногочисленны, но разнообразны сюжетно и весьма информативны. Приведем наиболее интересные из них. Это работа Алек-
стр. 194
сандра Сафаряна о взглядах Зии Гёкальпа на права женщин (вып. IV, на арм. яз.), обширное исследование Рубена Сафрастяна "Османская политика по отношению к христианам в период Танзимата: новые тенденции" (вып. V, на англ. яз.), статья Ануш Оганесян ""Марузат" Ахмеда Джевдета как источник по изучению Танзимата" (вып. V, на рус. яз.). Отмечу переведенную Артаком Шакаряном с турецкого языка на армянский статью Фуата Дюндара об этнографических исследованиях членов партии "Единение и прогресс" (вып. IV, на арм. яз.). Исследование Сергея Муртузалиева касается сведений о болгарах и Болгарии османского времени в российской историографии XVIII в. (вып. V, на рус. яз.). В этом разделе помещены и работы, посвященные средневековой истории Османской империи: статья Михаила Сванидзе о походе Сулеймана Великолепного против Ирана в 1533 - 1535 гг. и создании Эрзурумского пашалыка (вып. V, на рус. яз.), а также исследование Вагана Байбурдяна о турецком вопросе в ирано-европейских политических отношениях в XVI-XVII вв., которая основана на большом количестве европейских и русских источников (вып. V, на арм. яз.).
Раздел "Turcica" в основном посвящен различным аспектам истории Турции периода республики: теории и практике кемализма; Конституции 1924 г. и партийному строительству в стране; отношениям общества и армии в 1960 - 1970-х гг.; внешней политике Турции (в частности, анализу политики Турции в Центральной Азии в 1990-х гг.; современным турецко-сирийским отношениям, а также истории советско-турецких дипломатических связей: Московскому и Карсскому договорам 1921 г.); проблеме турок-месхетинцев; целям организации конгрессов Турецкого исторического общества (Turk Tarih Kurumu) и др. Немногочисленны филологические и лингвистические статьи этого раздела (в выпуске IV это две статьи на армянском языке: Ани Аветисян "Орхан Памук и его "Черная книга""; Левона Амирханяна "Из истории изучения деепричастий современного турецкого языка"; в выпуске V три работы на армянском языке: Асмик Асатрян "Диалекты восточной группы турецкого языка", Сирануйш Галшоян "Номинативные комплексы в произведениях Яшара Кемаля", Кнарик Мирзоян "Структурно-семантические особенности послелогов в современном турецком языке".
В разделе "Armeno-Turcica" следует отметить чрезвычайно взвешенную статью Рубена Сафрастяна (вып. IV, на англ. яз.), посвященную периодизации и анализу исторических контактов армян и турок с эпохи Сельджукидов до конца XIX в. Вызывают интерес статьи Армана Киракосяна "Армянская миссия Американского Красного Креста в 1896 г." (вып. IV, на арм. яз.) и Асмик Степанян "Арменописная турецкая литература и армяно-турецкие литературные связи в Османской империи в XIX в" (вып. V, на арм. яз.).
Подкупает многоязычие сборника. Статьи не только на армянском и русском, но и на английском языке, причем их авторы представляют Армению, Россию, Украину и Грузию. Думается, что это принципиальная позиция членов редакционного совета. Притом что основной язык издания - армянский, российским и особенно зарубежным османистам и туркологам в будущем хотелось бы видеть небольшие аннотации к статьям на английском или русском языках. Впрочем, это единственный упрек в адрес прекрасного и многообещающего международного проекта, каковым, бесспорно, является сборник. Надеюсь, что высокий уровень будет отличать последующие его выпуски.
* * *
Жанр рецензируемого сборника документов относится к одному из самых сложных и ответственных. Он требует от издателя не только знаний о характере делопроизводства (в данном случае османского), недюжинных палеографических навыков и языковой подготовки, но и принципов эдиционной археографии восточных текстов (в данном случае староосманских), а также общеисторической подготовки. Отечественная османистика таких изданий до сих пор не знала и, уверен, не скоро можно будет ждать повторения. Забегая вперед, стоит сказать, что прецедент следует признать удачным: составитель, автор большинства переводов документов и комментариев к ним И. А. Мустакимов с успехом справился с поставленной задачей.
Сборник разделен издателем на две неравные части: "Крым, Волго-Уральский регион и Османская империя в XVI-XVIII веках" и "Народы Внутренней России и Османская империя эпохи Абдулхамида II". Документы первой части в основном извлечены из "Реестров важных дел", в которых регистрировались тексты султанских посланий иноземным правителям, и указов, изданных от имени султана Августейшим Диваном. Самый ранний документ этого раздела датируется 1521 г., позднейший - 1782 г. Таким образом, 43 документа первой части позволяют проследить динамику османской политики по отношению к золотоордынским государствам (Ас-
стр. 195
траханскому, Казанскому и Крымскому ханствам), а также к владетелям калмыков почти на всем протяжении их истории. Документы второй части охватывают период около 15 лет (1883 - 1897) и касаются в основном положения мусульман Волго-Уральского региона в оценке османских дипломатов.
В сборнике опубликовано 15 документов из архива и библиотеки Музея дворца Топкапы и 46 текстов из Османского архива при премьер-министре Турецкой Республики. Все они снабжены факсимиле, арабографичным староосманским текстом, переводом его на русский язык и развернутыми комментариями, касающимися палеографии, чтения и перевода отдельных слов и выражений. Документы сборника, за редким исключением, уже публиковались французскими и турецкими исследователями (правда, иногда только в виде факсимиле), некоторые даже не раз, а часть текстов была введена в научный оборот самим составителем сборника. Однако это не умаляет значение издания. Во-первых, отечественный читатель впервые получил тематически единый сборник оригинальных текстов с русским переводом, снабженный комментариями и ценным экскурсом в османское делопроизводство, позволяющим лучше понять специфику изданных документов. Во-вторых, по сравнению с предшествующими публикациями документов уточнены их датировки, нередко предложены новые варианты чтения.
Придирчивый читатель может обнаружить некоторые ошибки в текстах и переводах. Так, в тексте письма представителей клана Ширин Саадет-Гирею (начало 1523 г.) нет никаких причин менять чтение Джибан-Гирей, предложенное первыми публикаторами документа [Bennigsen, Lemercier-Quelquejay, 1972, p. 337; Le Khanat, 1978, p. 107], на Джиян-Гирей (док. N 2, текст с. 60). Во-первых, для этого нет достаточных палеографических оснований (см. факсимиле на с. 58). Во-вторых, Гирей с таким именем в доступных мне источниках не упоминается. Вероятно, в данном случае мы сталкиваемся со смешением двух слов джибин/джебан (комар, муха) [ЦТС, с. 145; Taniklariyle..., 1945, s. 196; Tamklariyle..., 1954, s. 130] и чобан (пастух). В русских документах этот представитель династии фигурирует как Чобан-Гирей. Имя Чобан у представителей гирейской фамилии не было чем-то исключительным. В конце XVI в. образовалась даже особая ветвь династии, так называемые чобаниды (от Чобана Мустафы, т.е. Мустафы Пастуха - сына Фетх-Гирея б. Девлет-Гирея и пленной польки) [Dictionnaire..., 1891, с. 1884]. Фетх-Гирей не признавал сына своим, и он был отдан в пастухи, а потом под именем Девлет-Гирей возвращен в Крым. Впервые имя Чобан встречается еще в первой половине XVI в. Так звали султана, сына Мухаммед-Гирея, который после прибытия в Крым Саадет-Гирея летом 1523 г. вместе с братом Бибеем был "окован", т.е. взят под арест. Вероятно, ему удалось совершить побег. В Крыму у него осталась мать - "царица Магмед-Гиреева". Чобан-султан желал попасть в Казань, однако боялся ногаев, перекрывших дороги полем. Через Астрахань Чобан стремился перебраться в дагестанскую Тюмень [РГАДА, ф. 89, оп. 1, ед. хр. 1, л. 260 об., 263 об., 270], однако ему пришлось задержаться в городе. Осенью 1523 г. он оборонял Астрахань от ногайских мирз Мамая и Юсуфа [Зайцев, 2006, с. 103]. Думаю, что именно этот Гирей и упомянут в указанном письме. Наконец, текст оставляет возможность рассматривать имя Джибан-Гирей в отрыве от определения мирза. Дело в том, что определение мирзы стоит после трех имен - Джибан-Гирея, Багыргана и Чагыргана - и может относиться только к двум последним, тем более что определение "Ваш раб" перед его именем стоит в единственном числе
Таким образом, более логичным выглядит такой перевод этой части фразы "Ваш раб Джибан-Гирей и мирзы Багырган и Чагырган". Причину того, что природный Гирей оказался в окружении ширинских мирз, видимо, следует искать в его родственных отношениях с ними.
В переводе списка даров калмыцкого правителя Аюки османскому султану (март 1710 г.) допущена неточность: в факсимиле документа и, самое главное, в его наборном тексте о мускусных мешочках (с. 265, 266) явственно читается их количество - "девять", в переводе же ошибочно - "один" (2, с. 267).
Вызывает сомнение перевод выражения в послании османского султана Мурада III царю Федору Ивановичу о выдаче Мурад-Гирея и удалении казаков с османских границ (июнь-август 1585 г.) как "да оросит Аллах его могилу!" (2, с. 224). Это не точно. Стилистически лучше было бы: "да будет благоуханна его могила!" или "да будет чист его прах!".
Приходится признать, что такие мелкие неточности и погрешности в переводах для столь фундаментального издания, к сожалению, неизбежны.
В целом хочется поздравить казанских коллег с весьма удачным изданием, которое не только еще раз продемонстрировало важность изучения документов богатейших турецких древлехра-
стр. 196
нилищ для истории России но и, что не менее важно, может послужить ориентиром с точки зрения уровня и качества выполненной работы для будущих изданий такого рода.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Древнетюркский словарь (ДТС). Л.,1969.
Зайцев И. В. Астраханское ханство. 2-е изд., испр. М.: Вост. лит-ра, 2006.
РГЛДА - Российский государственный архив древних актов. Ф. 89 ("Сношения России с Турцией")
Bennigsen A., Lemercier-Quelquejay Ch. Le Khanat de Crimée au Début du XVI Siecle. De la Tradition Mongole a la Suzeraineté Ottomane d'aprés un document inédit des Archives ottomanes // Cahiers du monde russe et soviétique. Paris; La Haye. Vol. XIII. N 3 (1972).
Dictionnaire Universel d'Histoire et de Géographic par Samy-Bey Fraschery T. 3. Constantinople, 1891.
Le Khanat de Crimée dans les archives du Musée du palais de Topkapi. P., 1978.
Tamklariyle Tarama Sözlüğü. Cilt II. Istanbul, 1945.
Tamklariyle Tarama Sözlüğü. Cilt III. Istanbul, 1954.
Новые публикации: |
Популярные у читателей: |
Новинки из других стран: |
![]() |
Контакты редакции |
О проекте · Новости · Реклама |
![]() 2017-2024, BIBLIO.KZ - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту) Сохраняя наследие Казахстана |