Юрий Архипов

Громова Н. Эвакуация идёт... 1941 - 1944. Писательская колония: Чистополь. Елабуга. Ташкент. Алма-Ата

М.: Совпадение, 2008

Когда слышишь словосочетание "писатели и война", прежде всего, подразумеваешь Виктора Некрасова и Константина Симонова, Григория Бакланова и Бориса Васильева, Виктора Астафьева и Юрия Бондарева, и других фронтовиков. Об ихжизни на передовой известно немало - в первую очередь, из их собственных произведений. Гораздо меньше исследована тема "писатели в эвакуации", которой посвящена книга старшего научного сотрудника Дома-музея М. И. Цветаевой в Москве Натальи Громовой.

Неудивительно, что Марина Цветаева является одним из центральных персонажей "Эвакуации...", содержащей немало подробностей о последних днях поэта. Автор придерживается принципа документальности, широко используя дневники, письма, воспоминания очевидцев, часть из которых публикуется впервые. Например, в приложении "Вокруг Чистополя - Елабуги" приводится письмо Натальи Соколовой (прозаика, гражданской жены Константина Симонова) к Марии Белкиной (автору книги о Цветаевой "Скрещение судеб"): ...Иногда мама <театральная художница Надежда Блюменфельд. - О. Г.> вспоминала о своей встрече с Цветаевой... Цветаева была усталая, измученная, забегавшаяся. Говорила, что хочет непременно перебраться из Елабуги в Чистополь... она будет спокойна за Мура <Георгия Эфрона - сына Марины Ивановны. - О. Г. У, его возьмут в интернат Литфонда, он будет там в тепле и сыт.., а она одна как-нибудь устроится, неважно - как. И ещё говорила, что вот Мура скоро призовут в армию, отправят на фронт, этого она не вынесет, не переживёт - ждать писем, не получать месяцами, ждать и получить последний страшный конверт, надписанный чужим почерком... Так и будет, ничего нельзя изменить, иного не дано... Нет, нет, она не согласна, не желает, ей отвратительна, невыносима такая зависимость от обстоятельств, от непреложности, такая обязательность всех этапов трагического пути, "пути Марии". Сил на это нет...

Как и все истинные поэты, Цветаева обладала пророческим даром. Вот только до своей гибели на фронте Муру предстояло пережить множество испытаний, главным из которых стало самоубийство матери...

Однако книга посвящена не только Цветаевой и её близким. Среди персонажей "Эвакуации..." - Анна Ахматова и Борис Пастернак, Владимир Луговской и Константин Федин, Ксения Некрасова и Леонид Леонов... Рядовые литераторы вели ежедневную изнурительную борьбу за выживание - болели, мёрзли, голодали. Элита - например, Алексей Толстой - позволяли себе на-

стоящие пиры. Правда, от их щедрот перепадало и другим - тому же Муру: Часто бываю у Толстых. Они очень милы и помогают лучше, существеннее всех (из письма 1942 года сестре Але).

Но всё-таки большинство из них оставались не просто эвакуированными, а эвакуированными писателями, и одно из свидетельств тому - написанная в 1943 году в Ташкенте ахматовская "Хозяйка", посвященная Елене Сергеевне Булгаковой:

  
  
 В этой горнице колдунья 
 До меня жила одна: 
 Тень её ещё видна, 
 Накануне новолунья, 
 Тень её ещё стоит 
 У высокого порога, 
 И уклончиво и строго 
 На меня она глядит. 
 Я сама не из таких, 
 Кто чужим подвластен чарам. 
 Я сама... Но, впрочем, даром 
 Тайн не выдаю своих. 

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Ольга Глебова:

Комментарии: