BIBLIO.KZ is a Kazakh open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: KZ-951
Author(s) of the publication: ТОЩЕНКО Ж.Т. Член-корр. РАН

Share with friends in SM

Предлагаемая читателю статья - плод размышлений над результатами социологических исследований, проведенных в России в конце 80-х и в 90-е годы и вскрывших неведомую ранее информацию об особом - историческом - срезе общественного сознания и некоторых формах его проявления. Речь идет о том, что среди многочисленных проблем, которые стали волновать население нашей страны, возросшую актуальность приобрела специфическая форма общественного сознания и поведения людей, охватывающая знания, понимание и отношение людей к историческому прошлому, его взаимосвязи с реалиями сегодняшнего дня и его возможному отражению в будущем. Более обстоятельное рассмотрение этого феномена позволило сформировать представление об историческом сознании, об исторической памяти, которые оказались весьма устойчивыми характеристиками образа жизни людей и которые во многом определяли их намерения и настроения, опосредованно оказывая весьма мощное влияние на характер и методы решения общественных проблем. Однако справедливости ради нужно отметить, что в 80-90-е годы, в годы интенсивного развития социологии и анализа ею многих сторон социального бытия, данные о состоянии и проблемах исторического сознания фиксировались походя, попутно и учитывались постольку, поскольку их нельзя было игнорировать при характеристике политических и этносоциальных процессов: даже при эпизодичности отрывочных данных они помогали выяснить суть происходящих в обществе перемен.

Именно в эти годы социологи столкнулись с необходимостью трактовки и такого феномена общественного сознания, как историческая память. В результате тщательного, шаг за шагом, исследования ее различных аспектов и форм проявления данное понятие стало учитываться более целенаправленно, более обстоятельно и постепенно получило как теоретическое обоснование, так и эмпирическую интерпретацию. На этой основе появились первые опыты самостоятельного социологического анализа исторического сознания, его противоречивой, специфической сущности, а также особенностей функционирования исторического знания как населения, так и специалистов - историков, в том числе и будущих, т.е. студентов.

ЧТО ТАКОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ И ИСТОРИЧЕСКАЯ ПАМЯТЬ

Если охарактеризовать суть и содержание исторического сознания, то можно сказать, что оно представляет собой совокупность идей, взглядов, представлений, чувств, настроений, отражающих восприятие и оценку прошлого во всем его многообразии, присущим и характерном как для общества в целом, так и для различных социально-


Тощенко Жан Терентьевич - член-корреспондент РАН, доктор философских наук, профессор, главный редактор журнала "Социологические исследования", зав. кафедрой теории и истории социологии РГГУ.

стр. 3


демографических, социально-профессиональных и этносоциальных групп, а также отдельных людей.

В социологии, в отличие от философии, исследуются не теоретический и обыденный уровень общественного сознания, а реально функционирующее сознание, выраженное в позициях конкретных людей. Так как социологи обращаются за информацией к самим людям, то они сталкиваются с тем, что каждый отдельный объект научного исследования - человек, группа, слой, когорта - представляет весьма причудливое сочетание некоторых научных и повседневных (бытовых) представлений об истории в целом, истории России, истории своего народа, а также и истории своего города, села, и иногда своей семьи. Особенно часто объектом пристального внимания становятся значительные исторические события, касающиеся страны, социальных слоев и групп, отдельной личности, некоторые проблемы в жизни народа.

Историческое сознание как бы "разлито", охватывает и важные, и случайные события, впитывает в себя как систематизированную информацию, в основном через систему образования, так и неупорядоченную (через средства массовой информации, художественную литературу), ориентация на которую определяется особыми интересами личности. Немалую роль в функционировании исторического сознания играет случайная информация, часто опосредованная культурой окружающих человека людей, семьи, а также в известной мере традиции, обычаи, которые несут в себе также определенные представления о жизни народа, страны, государства.

Что же касается исторической памяти, то это определенным образом сфокусированное сознание, которое отражает особую значимость и актуальность информации о прошлом в тесной связи с настоящим и будущим. Историческая память по сути дела является выражением процесса организации, сохранения и воспроизводства прошлого опыта народа, страны, государства для возможного его использования в деятельности людей или для возвращения его влияния в сферу общественного сознания.

При таком подходе к исторической памяти хотелось бы обратить внимание на то, что историческая память не только актуализирована, но и избирательна - она нередко делает акценты на отдельные исторические события, игнорируя другие. Попытка выяснить, почему это происходит, позволяет утверждать, что актуализация и избирательность в первую очередь связаны со значимостью исторического знания и исторического опыта для современности, для происходящих в настоящее время событий и процессов и возможного их влияния на будущее. В этой ситуации историческая память нередко персонифицируется, и через оценку деятельности конкретных исторических личностей формируются впечатления, суждения, мнения о том, что же представляет особую ценность для сознания и поведения человека в данный период времени.

Историческая память, несмотря на определенную неполноту, обладает все же удивительной особенностью удерживать в сознании людей основные исторические события прошлого вплоть до превращения исторического знания в различные формы мировоззренческого восприятия прошлого опыта, его фиксации в легендах, сказках, преданиях.

И, наконец, следует отметить такую особенность исторической памяти, когда в сознании людей происходит гиперболизация, преувеличение отдельных моментов исторического прошлого, ибо она практически не может претендовать на прямое, системное отражение - она скорее выражает косвенное восприятие и такую же оценку прошлых событий.

СОБЫТИЯ В ЗЕРКАЛЕ ИСТОРИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ

Данные социологических исследований последнего десятилетия показывают достаточную устойчивость в оценке исторического прошлого, хотя возможные для сравнения данные базируются на различных социологических исследованиях, осуществленных разными социологическими организациями с применением неодинаковых методик.

стр. 4


Так, в рамках всероссийского исследования "Историческое сознание: состояние, тенденции развития в условиях перестройки" (май - июнь 1990 г., руководитель к. и. н. В.И. Меркушин, количество опрошенных - 2196 человек) наиболее значительными событиями для судеб народа были названы: эпоха Петра I (мнение 72 % опрошенных), Великая отечественная война (57 %). Великая Октябрьская социалистическая революция и гражданская война (50 %), годы перестройки (38 %), время борьбы с татаро-монгольским игом (29 %), период Киевской Руси (22 %). Далее следовали: годы после отмены крепостного права (14 %), период НЭПа (12 %), индустриализация, коллективизация и культурная революция (12 %), время царствования Ивана Грозного, правление Екатерины II, первая русская революция (все по 11 %) (1).

Интересно отметить, что этот порядок в значительной степени сохраняется в последующие годы, хотя и имеет свои особенности. Так, по данным Российского независимого института социальных и национальных проблем (опрос 1996 г.), эпоху Петра Великого как предмет национальной гордости назвали 54,3 % опрошенных. Что касается реформ Екатерины II, то их высоко оценили 13,1 %, период освобождения крестьян в царствование Александра II - 9,2 %. В то же время период застоя был оценен положительно 17 % опрошенных, хрущевская оттепель - 10,4 %. Самые последние экономические события - перестройка и либеральная реформа - отторгаются - их позитивно оценивают соответственно 4 и 3,2 % опрошенных.

Следовательно, несмотря на определенные колебания в официальной политике российской власти в 90-е годы и многочисленные попытки пересмотреть историю России, в сознании и в исторической памяти населения продолжают оставаться как наиболее значительные периоды, когда Россия претерпевала серьезные и порой кардинальные изменения - период реформ Петра I и Екатерины II, отмена крепостного права, русские революции XX в.

Несколько иная ситуация складывается, когда людьми оцениваются события XX в., ибо здесь срабатывает краткосрочная историческая память, когда многие ее реальные участники еще живы и события истории еще являются частью личной жизни человека и поэтому не избавлены от индивидуального их восприятия, их специфического понимания и объяснения. На это восприятие накладывают отпечаток официальные и полуофициальные трактовки событий, литературные и бытовые оценки деятельности государственных и общественных деятелей, причем многие из них многократно пересматривались применительно к происходящим изменениям в политической жизни страны. Но - и это можно отнести к парадоксам - основные параметры массовых установок по отношению к важнейшим событиям XX в. остаются без изменения. Иначе говоря, историческое сознание проявляет определенную устойчивость, последовательность - на него мало повлияли колебания - порой и резкие, происходящие в официальной пропаганде. Феномен отторжения скороспелых выводов о тех или иных событиях - предмет особого разговора. Но очевидно, что попытки воздействовать на историческую память в угоду политическим и идеологическим интересам, изменить историческое сознание по большому счету не удаются.

Рассмотрим это подробнее. Так, в исследованиях начала 90-х годов важнейшим событием XX в. признается Великая Отечественная война, занимая первое место (57 % опрошенных) по сравнению с Октябрьской революцией (второе место, 50 %). Этот порядок не изменился в оценке этих событий в последующие годы, несмотря на огромные общественные сдвиги в политическом и экономическом устройстве страны, что лишний раз подтверждает, что нет автоматизма влияния общественного бытия на общественное сознание. Исследования Всероссийского центра исследования общественного мнения (ВЦИОМ), охватившего по репрезентативной выборке все население России, показали, что в 1989 г. самым выдающимся событием XX в. Великую Отечественную войну (вторую мировую войну) назвали 77 %, в 1994 г. - 73 % опро-


(1) Историческое сознание: состояние и тенденции развития в условиях перестройки (результаты социологического исследования). - Информационный бюллетень Центра социологических исследований АОН. М., 1991, с. 96.

стр. 5


шенных (2). В других, в том числе и региональных исследованиях, феномен Великой Отечественной войны также высоко оценивается исторической памятью. Такое мнение требует, на наш взгляд, особого пояснения.

Великая Отечественная война оценивается исторической памятью как наиболее значимое событие, во-первых, потому, что эта память связана с историей каждой семьи, ибо это событие затронуло самые существенные и сокровенные стороны в личной жизни людей. Во-вторых, это событие определило не только будущее нашей страны, но и всего мира и поэтому его оценка базируется не только на осознаваемом, но и на интуитивном признании роли этой войны в истории всего человечества. В-третьих, Великая Отечественная война, как справедливо утверждает д. и. н., зав. Отделом ВЦИОМ Л.Д. Гудков, стала "символом, который выступает... важным элементом позитивной коллективной идентификации, точкой отсчета, мерилом, задающим определенную оптику оценки прошедшего и отчасти понимания настоящего и будущего"(3). О том, что это событие стало символом для всего народа, всех его слоев и групп, свидетельствует тот факт, что значимость этой войны для истории народа отметили 70 % юношей и девушек в возрасте до 25 лет и 82 % людей старше 50 лет. А это означает, что опыт в оценке старшего поколения трансформировался и приобрел символическую значимость и для последующих поколений.

Этот показатель усиливается тем обстоятельством, что в условиях современной идеологической и политической невнятицы победа в Великой Отечественной войне стала фактически единственной позитивной опорной точкой национального самосознания нынешнего российского общества. И хотя в 90-е годы были предприняты многочисленные попытки дезавуирования итогов и событий этой войны, они были отвергнуты исторической памятью. Попытки пересмотра значения битвы под Москвой, Сталинградом, попытки дегероизации подвигов Зои Космодемьянской, Александра Матросова и других были не только не приняты в научной среде, но и отвергнуты массовым историческим сознанием. Точно также не воспринимаются и не находят отклик "исследования" типа книг В. Суворова - они в лучшем случае становятся достоянием группы людей, не столько жаждущих истины, сколько ищущих повод для выражения своих амбиций, приобретения славы, производства сенсации, получения популярности и денег. Само национальное самосознание как бы защищается от этих нападок, не желает потакать тому, что может унизить национальное достоинство, историю страны и историю своего "я". По большому счету, это отказ поддержать ревизию того, что сплачивает народ и отказ от чего может обернуться крупнейшей духовной, а затем и политической катастрофой.

Что касается Октябрьской революции, то она в историческом сознании предстает как знаменательная веха, как точка отсчета, которая знаменовала поворот в мировой истории. Однако как знаковое событие, ее оценка по оси "положительно - отрицательно" серьезно изменилась в 90-е годы: значительно выросло число людей, которые критически оценивают итоги и результаты революции. По данным ВЦИОМ, в 1989 г. Октябрьскую революцию к важнейшим событиям XX в. отнесли 63 %, в 1994 - 49 % опрошенных (4). Однако, признавая роль этого события, люди оценивают это событие неоднозначно. В упомянутом исследовании под руководством В.И. Меркушина (1990 г.), 41 % опрошенных оценили Октябрьскую революцию как первую в истории успешную социалистическую революцию, 15 % - как народное восстание, 26 % - определили ее как стихийное стечение обстоятельств, приведших к власти большевиков. Кроме того, 10 % оценили Октябрьскую революцию как переворот, совершенный кучкой интеллигенции, а 7 % - как заговор большевиков (5). Эта неоднозначность оценок продолжает сохраняться и в настоящее время, ибо в обществе существуют поли-


(2) Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения. - Информационный бюллетень. 1997, N 5, с. 12.

(3) Там же, с. 13.

(4) Там же, с. 12.

(5) См. Историческое сознание: состояние и тенденции развития в условиях перестройки, с. 97.

стр. 6


Таблица 1

Оценка уровня исторического мышления людей (в % к числу опрошенных)

 

 

Высокий

Средний

Низкий

Затруднились ответить

Умение воспроизводить историческое прошлое, чувствовать эпоху

2

28

61

9

Умение ориентироваться в историческом пространстве и времени

1

24

65

9

Умение вскрывать причинно-следственные связи в истории

1

14

78

6

Умение свободно оперировать историческими фактами

1

21

70

7

Умение определить достоверность исторических фактов

1

16

67

15

тические силы, которые желают перечеркнуть многие страницы истории, связанные с существованием Советской власти, представить советскую историю как некий провал в развитии российского общества.

Что касается других значимых событий в жизни советского (российского) общества в XX в., то в качестве важнейших в разные годы назывались различные события. Но под влиянием политической конъюнктуры, общественного настроения эти оценки существенно изменялись, иногда коренным образом. Так, по данным ВЦИОМ, в качестве важнейших событий этого века назывались массовые репрессии в 1989 г. - 23 %, в 1994 г. - 16 %, войну в Афганистане - 12 % в 1989 г. и 24 % в 1994 г., а начало перестройки соответственно 23 и 16 %. После 1991 г. в качестве одного из важнейших событий многие люди стали называть распад СССР ( в 1994 г. 40 %). В других исследованиях и в другом контексте об этом сожалели до 70 %, что сопоставимо с цифрой 71 % голосовавших за сохранение Советского Союза на референдуме в марте 1991 г.

Иначе говоря, из событий XX в. нас объединяет и роднит в основном только оценка Великой Отечественной войны. Подобное единодушие проявляется также при оценке наших научно-технических достижений, таких, как полет Юрия Гагарина, освоение космоса, что отмечает практически каждый третий опрошенный.

Однако способность людей, их общественного сознания квалифицированно судить об историческом прошлом, правильно воспроизводить и давать оценку историческим событиям подвергается серьезному сомнению. В исследовании В.И. Меркушина вместе с населением опрашивались и эксперты - 488 преподавателей исторических дисциплин в школах, техникумах и вузах, которые скептически охарактеризовали возможность многих людей критически мыслить и делать обоснованные выводы (см. таблицу 1).

Эти издержки исторического мышления особенно наглядно проявляются, когда исследуется историческое сознание отдельных народов, когда при оценке прошлого в их памяти актуализируются события, которые определяли их судьбу. Здесь происходит удивительное переплетение рационального и эмоционального восприятия, ревностная оценка поворотных событий в жизни своего народа и их последствий. Так, при исследовании общественного мнения населения Северного Кавказа по ряду проблем социально-политического развития в ходе социологических наблюдений было замечено, что многие явления и события минувшего века до сих пор будоражат умы людей, приковывают к себе пристальное внимание деятелей культуры и науки. Наиболее глубокий след в памяти этих народов оставила Кавказская война 1817-1864 гг. Как оказалось, эта память концентрирует в себе не только открытую и

стр. 7


доступную для всех информацию, но и латентные источники - такие, как семейные предания и легенды, рассказы, народные песни, официальная и неофициальная топонимика.

Специальное исследование, проведенное отделом философии и социологии Адыгейского республиканского института гуманитарных исследований в 1995 г., показало, что той или иной информацией о Кавказской войне располагали 84 % всех опрошенных, в том числе 95 % адыгов. Более того, это событие имеет не просто характер воспоминания о прошлом - около 40 % (среди адыгов 55 %) считают, что это событие тесно вплетено в социально-политическую реальность современности. В этой связи, на наш взгляд, следует особо подчеркнуть, что в массовом, реально функционирующем сознании проявлены достаточно разнообразные характеристики причин этой войны. Вопреки некоторым "научным" и околонаучным утверждениям, что во всем виновата самодержавная политика России, в массовом сознании такой позиции придерживались только 46 % опрошенных, в то время как 31 % обвинили Турцию и 8 % - местных феодалов (6).

Мы становимся очевидцами того факта, что историческая память, как и плоды некоторых исторических изысканий, используется в текущей политико-идеологической полемике, ангажируются различными политическими силами. Сейчас искусственно созданные модели интерпретации прошлого отмечены этноцентризмом, эмоциональной окрашенностью и, будучи поддержаны массовым сознанием, стимулируют мышление по аналогии; их авторы пытаются объяснить современные проблемы с "методологических" позиций концептуальной и мировоззренческой архаики, что иногда причудливым образом уживается с самыми различными научными теориями. Многие специфические, но очень важные для отдельных народов события становятся весьма весомым фактором как общественного сознания в целом, так и их исторической памяти, вовлекая в явную, а иногда и незримую дискуссию и представителей других народов, в настоящее время проживающих на данной территории (события прошлого в истории Татарстана, судьбы государственности Тувы, историческое прошлое разделенного лезгинского народа и др.) Поэтому правильная расстановка акцентов в толковании исторических событий способствует в первую очередь рациональному, дружественному сосуществованию народов. В ином случае появляются настороженность, предубеждение, негативные клише ("империя", "шовинистическая политика" и т.п.), которые имеют особенность долго сохраняться, нагнетать социальную напряженность и порождать конфликты.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ЛИЦА

Еще раз подчеркнем, что при выявлении суждений об исторических деятелях оценивается не столько личность как таковая, а совокупность тех деяний, которые повлияли на ход истории и которые принесли кардинальные изменения в жизни миллионов людей. В этом смысле понятно, что оценка реформ Петра I как наиболее выдающегося события российской истории коррелирует с оценкой самого Петра, деятельность которого позитивно оценивали в начале 90-х годов 74 % населения (7). В этом же исследовании с этих же позиций были высоко оценены результаты деятельности В.И. Ленина (мнение 57 %), Г.К. Жукова (55 %), Александра Невского (28 %).

Другие исследования, проведенные в более позднее время, также показывают определенную устойчивость в оценке исторических деятелей, в первую очередь Петра I, Екатерины II, Ивана Грозного, Александра II. Конечно, в оценке значения тех или иных деятелей проявляется некоторый перекос, а именно - близость и сопричастность к жизни XX в. вносит определенные коррективы, хотя они по своей сущности раз-


(6) Хунаху Р.А., Цветков О.М. Исторический феномен в современном преломлении. - Социологические исследования, 1995, N 11.

(7) См. Историческое сознание: состояние и тенденции развития в условиях перестройки, с. 96.

стр. 8


Таблица 2

Оценки политических деятелей России XX в. - что принес тот или иной деятель - больше положительного или больше отрицательного (в % к числу опрошенных)

 

 

Положительного

Отрицательного

Николай II

18

12

Сталин

26

48

Хрущев

30

14

Брежнев

51

10

Горбачев

9

61

Ельцин (март 1999 г.)

5

72

Ельцин (январь 2000 г.)

15

67

личны. Так, при оценке Г.К. Жукова, несмотря на критику его действий, на сомнения, которые были высказаны в ряде публикаций, его личность все более и более героизируется, приобретает черты общенационального масштаба, превращаясь в символ национальной гордости и непогрешимости (святости, как это было бы сказано в прошлые века). При оценке же таких деятелей XX в., как В.И. Ленин, И.В. Сталин, при всей значимости этих фигур (их роль признается большинством населения), оценка их деятельности распадается как на позитивную, так и негативную. Эта эмоционально-ценностная оценка политических деятелей тесно коррелирует с личным опытом, индивидуальным восприятием и персональным их приятием или отторжением. Насколько это значимо, см. таблицу 2 (опрос ВЦИОМ, январь 2000 г.).

Очевидно, что на такие оценки, как и при оценке исторических событий, прямое влияние оказывает личное представление о современниках, стоявших у кормила власти, или информация, которая связана с краткосрочной памятью, сформированной в значительной части населения под влиянием среды. И если о ранее функционирующих личностях оценка близка к воспоминаниям (общественное мнение нельзя упрекать в незнании закулисных механизмов власти), то на современников переносится вся ответственность за трудности, переживаемые сейчас Россией. И тот факт, что в январе 2000 г. общественное мнение несколько изменилось по отношению к Ельцину (как и анализ некоторых других данных), позволяет утверждать, что уход Ельцина воспринимается людьми не как смена лиц (урочная или досрочная - это не столь важно), а как признак окончания определенной нерадостной и противоречивой для людей эпохи, которые склонны простить кое-что, как прощают свершившуюся, но уже малоисправимую утрату. И в тоже время, как свидетельствуют данные этого исследования, 46 % опрошенных считают, что предоставлять ушедшему президенту гарантии безопасности не следовало, поскольку он должен отвечать за незаконные действия и злоупотребление властью(8).

И все же, эти и подобные оценки исторических личностей прошлого, несмотря на некоторую кажущуюся хаотичность, все же и на уровне массового исторического сознания улавливают роль и значение наиболее выдающихся деятелей прошлого. Информация, циркулирующая в обществе на уровне этого сознания, в принципе соответствует тому, чего придерживаются и в исторической науке, и в процессе преподавания в вузах, средне-специальных и общеобразовательных учебных заведениях. И в этом их величайшая заслуга. Несколько особняком стоит характеристика усилий СМИ на поле исторического знания. В большинстве они следуют сложившимся концепциям, и если искажают в процессе изложения некоторые исторические факты или события, то в большинстве случаев не изменяют общую оценку исторического прошлого. Отдельные случаи грубейшего попрания истории при всем


(8) Левада Ю. Мнения и настроения. Январь 2000 г. - Независимая газета, 9. II. 2000.

стр. 9


кажущемся интересе читателей проходят практически бесследно, не затрагивая глубинные пласты памяти.

Более предметно и наглядно выглядят исторические предпочтения людей при их оценке выдающихся деятелей XX в. по определенным параметрам, по тем сферам общественной жизни, в которой они действовали. Так, Российским независимым институтом социальных и национальных проблем был проведен в 1999 опрос о том, кого россияне считают "самым-самым" в уходящем веке среди военачальников и ученых. Что касается военных, на первом месте оказался Г.К. Жуков, на втором - К.К. Рокоссовский, на третьем - С.М. Буденный (21 %). В десятку наиболее выдающихся военных деятелей России XX в. вошли М.Н. Тухачевский (17 %), К.Е. Ворошилов (15 %), М.В. Фрунзе (15 %), И.С. Конев (13 %) и В.К. Блюхер (8 %). Примечательно, что в десятку выдающихся российских полководцев вошли белогвардейский адмирал А.В. Колчак (12 %) и герой первой мировой войны генерал А.А. Брусилов (7 %).

Что касается ученых, то наиболее выдающимся участники опроса признали "отца советской космонавтики" С.П. Королева (51 %). На втором месте - великий русский теоретик космоплавания К.Э. Циолковский (39 %). В первую десятку вошли также один из создателей атомной бомбы И.В. Курчатов (28 %), изобретатель легендарного автомата М.Т. Калашников (25 %), биолог и селекционер И.В. Мичурин (17 %), физиолог И.П. Павлов (16 %), генетик Н.И. Вавилов (15 %), авиаконструктор А.Н. Туполев (13 %), физик П.Л. Капица (13 %) и литературовед Д.С. Лихачев (14 %) (9).

Анализ этих мнений позволяет сделать вывод, что в данной информации достаточно четко проявляются оценки, которые содержатся в научных и научно-популярных публикациях, хотя там не ставится задача определения рейтинга исторических персонажей.

Характерной чертой исторического сознания в конце 90-х годов стал отход от идеологических оценок и признание роли и значения деятельности той или иной личности без обязательного соотнесения ее с интересами определенных классовых или политических сил. В этом отношении показательны данные опроса ВЦИОМ о личности Сталина, проведенного осенью 1999 г. 32 % российских граждан считают, что он был жестоким, бесчеловечным тираном, виновным в уничтожении миллионов невинных людей. Ровно столько же полагают, что какие бы ошибки и пороки ему ни приписывались, самое важное то, что под его руководством советский народ вышел победителем в Великой Отечественной войне. "Мы еще не знаем всей правды о Сталине и его действиях" - убеждены 30 % опрошенных (10). На наш взгляд, такая характеристика отражает противоречивость, неоднозначность, а иногда и парадоксальность оценок деятельности конкретных исторических деятелей. Но именно такие оценки являются наиболее действенными и объективными по сравнению с некоторыми исследовательскими "трудами", в которых авторы поставили заранее заданную цель доказать ту или иную версию. Ради нее они подбирают только тот материал, который подтверждает их идеи, и исключает всю ту информацию, которая может быть поставлена под сомнение. И вот в настоящее время мы становимся свидетелями публикаций о Ленине, Сталине, Николае II, о других исторических персонажах, в которых "исследуется" их жизнь с позиций прямо противоположных, тому, что писалось 20-50 лет назад. Но если раньше авторы таких "трудов" ставили задачу возвеличить (или очернить), подбирая соответствующую фактуру и игнорируя все, что противоречит позитивной (негативной) информации, то в 90-е годы с таким же рвением и подобстрастием подбираются факты и информация прямо противоположного характера с целью доказать иные положения, иные установки. В этой ситуации становятся весьма любопытными данные общественного мнения, которые более полно, объемно и объективно характеризуют противоречивость жизни и деятельности многих исторических личностей.


(9) Комсомольская правда. 21. XII. 1999.

(10) Комсомольская правда, 21. XII. 1999.

стр. 10


ЛИЧНАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ ПАМЯТЬ

Огромный пласт исторического сознания представляет информация, которая относится к восприятию того, что связано с жизнью личности, ее ближайшего окружения. Представление о лицах национальных героев, гениев, талантов и их деятельности хранится в совокупной исторической памяти, как в своеобразном музее - их знают по учебникам, по научной и художественной литературе. Но таких - единицы. Память же о миллионах и миллионах других хранится в запасниках этого музея, в памяти только близких, родных, друзей. Но это миллионы кирпичиков в фундаменте нашей исторической памяти, безымянные работники и свидетели, без которых немыслима сама История и, что особенно важно, наша причастность к ней. Глубоко убежден, что человек не может в полной мере ощутить себя гражданином страны, если он не только не знает важнейшие события, вехи ее истории, но и родословную своей семьи, историю своего города, села, своего края, в котором он родился или живет. К сожалению, большинство советских людей (россиян) имеет весьма приблизительное знание о своем генеалогическом дереве, часто не дальше третьего поколения, т.е. своего деда. Об этом свидетельствуют данные, полученные в социологическом исследовании 1990 г.(11) На вопрос "Составлялась ли в Вашей семье родословная?" только 7 % дали положительный ответ. На вопрос "В чем видите причины слабого знания истории своей семьи?" 38 % сказали, что некому было рассказать об этом, а 48 % утверждали, что этот вопрос для семьи был безразличен, к нему относились равнодушно.

Эта отчужденность от личной приобщенности к истории, пренебрежение к своим корням проявляются и в том, что только 14 % заявили, что знают историю происхождения своей фамилии (20 % утверждали, что знают частично). Невысокая и культура отношения к фамильным реликвиям. Пока она ограничивается хранением таких материальных носителей, которые имеют краткосрочную историю: 73 % утверждали, что у них есть фотографии бабушек и дедушек (обратите внимание, что 27 % даже не стали и этого утверждать), 38 % - что есть такие памятные вещи как ордена, медали, почетные грамоты, наградные знаки. О письмах с фронта, других семейных реликвиях сказали 15 %, а о дневниках, рукописях, переписке - только 4 % опрошенных.

Как характеризовать этот личный срез исторического сознания, исторической памяти? На наш взгляд, можно говорить о его слабой развитости, о том, что оно низкокачественно, и осмелюсь утверждать, оно подрывает основы более высоких чувств - патриотизма, гордости за свою страну, готовности ее защищать и отстаивать ее интересы. В этой связи позволю себе одно личное воспоминание. Будучи в 1959 г. в своей первой зарубежной туристической поездке - а это была ГДР, меня в соответствии с программой поселили на два дня в семью немецких крестьян в Саксонской Швейцарии. Велико было мое удивление, когда вечером глава семьи (заметьте - крестьянин) продемонстрировал мне книгу записей, в которой велась родословная этой крестьянской семьи с XVII в. Судя по этим записям, это была непрерывающаяся хронология крестьянского рода, который успешно дожил до XX в. и, учтивая профессии сына и дочерей этого крестьянина, собирался продолжить эту впечатляющую традицию и дальше.

К сожалению, в нашей стране такие традиции были или утрачены (для дворянских и купеческих семей) или не культивировались (для крестьянских и мещанских семей). Почему это случилось - это тема отдельного разговора, хотя в социологической литературе мы уже имеем первые опыты (на основе биографического метода) обстоятельного анализа истории ряда семей в нескольких поколениях, что дает образную, живую, раскрашенную всеми красками историю страны через историю семьи (12).


(11) См. Историческое сознание: состояние и тенденции развития в условиях перестройки, с. 93.

(12) Козлова Н.Н. Крестьянский сын: опыт исследования биографии. - Социологические исследования, 1994, N 4; ее же. Горизонты повседневности советской эпохи: голос из хора. М., 1996: Чуйкина С.А. Реконструкция социальных практик. - Социологические исследования, 2000, N 1.

стр. 11


Знание о семейной родословной тесно переплетается с историей своего народа. Национальная самоидентификация всегда играла огромную роль в личном поведении людей, но ее значение особенно возросло в условиях переходного периода. В исследовании В.И. Меркушина на вопрос "Испытаете ли Вы гордость за Родину, свой народ, свой город, свой коллектив?" первое место заняла оценка своей этнической принадлежности - об этом сказали 62 % опрошенных.

К вопросу об истории семьи примыкает информация об истории своего города (села), которая не намного превышает показатели знания о своей родословной: о том, что они эту историю знают, говорили 17 % людей. Правда еще 58 % претендовали на то, что они что-то знают об истории города (села), но это, во-первых, относилось больше к горожанам, а во-вторых, здесь срабатывал эффект присутствия - что-то знать еще не означает удовлетворительности этого знания.

Показателен и тот факт, который регистрирует не просто созерцательное отношение к истории, но и желание внести свой вклад в сохранение ее ценностей, ее объектов и символов. Согласно имеющейся информации, только 4 % людей принимают непосредственное участие в восстановлении памятников истории и культуры. Еще 33 % говорили о том, что они содействуют этому процессу, в частности, внося некоторые средства в их восстановление. Иначе говоря, гражданская активность людей по отношению к своему историческому прошлому еще невелика.

С личной исторической памятью и историческим сознанием связан ренессанс интереса к народному духу, тяга к культурному и духовному наследию прошлого. Положительно воспринимаются восстановление памяти незаслуженно забытых имен (мнение 58 %). 85-91 % активно поддерживает возрождение народных промыслов, народной медицины, народных гуляний, ярмарок.

ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАНИЕ - КАКОВО ОНО?

Начну с данных уже упоминавшегося исследования В.И. Меркушина. На вопрос "Удовлетворяет ли Вас качество исторического образования в школе?" положительный ответ дали всего 4 % опрошенных. Даже каждый второй преподаватель (48 %) признал уровень преподавания истории в школе низким. А ведь историческое сознание, историческая память, объективно отражающие хотя бы основные вехи в развитии страны, народа не могут сформироваться без того, чтобы историческая информация подавалась систематически, полно, без преобладания эмоций и попыток фальсификации, когда исторические факты замещаются всякими версиями, порожденными больше фантазиями и произвольной отсебятиной.

Между тем тяга к историческому знанию значительна. Интерес к прошлому продиктован желанием знать правду о прошлом (мнение 41 % опрошенных), стремлением расширить кругозор (30 %), потребностью понять и узнать корни своей страны, своего народа (28 %), желанием знать уроки истории, опыт предшествующих поколений (17 %), стремлением найти в истории ответы на злободневные вопросы (14 %). Как видим, мотивы достаточно убедительны, достаточно ясны и в определенном смысле благородны, так как отвечают потребности людей быть гражданами своей страны в полном смысле этого слова. Здесь включаются и мотивы идентификации (быть вместе со своей страной, своим народом) и стремление к объективным знаниям, ибо это, по мнению 44 % опрошенных, позволяет лучше понимать современность, а по мнению еще 20 % помогает в принятии правильных решений. 28 % населения видят в историческом знании ключ к воспитанию детей, а 39 % считают, что без знания истории невозможно быть культурным человеком.

Примечательна самооценка людьми своих знаний истории (см. таблицу 3).

Теперь сравним эти данные с суждениями экспертов - учителей истории, преподавателей исторических дисциплин в вузах и техникумах, которые в этом исследовании отвечали на аналогичные вопросы. 44 % из них признали уровень знаний у населения по истории России средним и низким. По истории своего народа соответственно

стр. 12


Таблица 3

Степень оценки исторических знаний (в % к числу опрошенных)

 

 

Знаю хорошо

Посредственно

Плохо

Затрудняюсь ответить

Историю России

17

56

15

9

Историю своего народа

14

50

21

10

Всеобщую историю

3

38

35

18

Примечание: недостающее количество процентов (по строке) относится к воздержавшимся от любого ответа.

Таблица 4

Наиболее интересные темы в истории России (в % к числу ответивших).

 

 

Население

Студенты

Жизнь выдающихся ученых, полководцев, деятелей культуры

48

51

История Древней Руси, становление централизованного государства

37

33

Жизнь и деятельность царей, ханов, князей

29

32

Жизнь, быт, обычаи, традиции, устное народное творчество

27

40

История народов нашей страны

22

13

История советского общества

20

6

История религиозных движений и учений

17

12

История освободительного и революционного движения

10

1

средним и низким 25 и 63 %, по всеобщей истории - 20 и 69 %. Примечательно, что, на наш взгляд, такие данные достаточно точно отражают реальную сложившуюся ситуацию с "главными" историями.

Стоит также признать, что история своей страны, своего народа будет всегда "ближе" к сердцу, чувствам, социальным ценностям и настроению людей. Причем интерес к различным эпохам (этапам) в жизни неодинаков (см. таблицу 4).

Ответ на эти потребности призваны дать все - и система образования, и семья, и средства массовой информации, и художественная литература, и наука. Это - важная задача, ибо, по мнению 80 % преподавателей - историков, самой страшной бедой является не столько плохое, недостаточное или одностороннее историческое знание, сколько искажение этого знания, засилье устаревших догм. Немалый вред наносят и "новаторские" поиски, например трудов академика А.Т. Фоменко и его адептов и соавторов, в которых ставится под сомнение вся выработанная многими поколениями историков система научного знания (13). Издаваемые стотысячными тиражами по сравнению с мизерным количеством научных исторических трудов, эти сочинения претендуют на замещение прежнего исторического знания произвольными версиями и домыслами. Спасает сейчас одно - и в этом, может быть, сказывается упоминаемая устойчивость исторического сознания - что, как показывают пробные опросы, эта информация рассматривается читателями как особый вид фантастики и приключений наравне с детективами и отнюдь не научной фантастики в ярких обложках, заполонившими прилавки на книжных развалах.

В заключение хотелось бы отметить один примечательный факт: в настоящее время происходит процесс формирования очень интересной научной дисциплины -исторической социологии. Исходя из этой объективной потребности, журнал "Социо-


(13) См.: Мифы "новой хронологии" академика А.Т. Фоменко. (Материалы научной конференции в МГУ). - Новая и новейшая история, 2000, N 3.

стр. 13


логические исследования" на суд общественности вынес многие волнующие людей и поныне события прошлого. Это нашло отражение в материалах Б.Н. Казанцева о "неизвестной" статистике уровня жизни рабочего класса (1993, N 4) и о проблемах занятости городского населения в середине 60-х годов (1996, N 5); А. А. Шевякова о всесоюзной переписи 1939 г. и "тайнах" послевоенной репатриации (1993, N 5 и N 8) и советской продовольственной помощи странам народной демократии (1996, N 8);

В. П. Попова о демографической ситуации в России в 40-е годы и после Великой Отечественной войны (1994, N 10; 1995, N 3-4); о паспортной системе в СССР (1995, N 8-9); В.Н. Земскова о заключенных в 30-е годы (1996, N 7) и репатриации советских граждан и их дальнейшей судьбе (1995, N 5-6). С 1998 г. журнал стал публиковать специальную рубрику "Историческая социология", где были опубликованы материалы, в которых предприняты попытки реконструировать многие исторические события, исходя из документов, характеризующих массовое историческое сознание (письма во власть, истории карьеры, события 20-40-х годов, денежная реформа, протестное движение глазами современников и др.). Комплекс проблем, лежащих на стыке истории и социологии, дает возможность подойти к характеристике исторического сознания и исторической памяти и как части общественного сознания во всем их противоречивом развитии, и в то же время учитывать относительную самостоятельность этого феномена и специфические формы его научного познания (14).

Все это позволяет сделать вывод, что, как показывает данный анализ, становится очевидным, что без определенного уровня знания, понимания и уважения к историческому прошлому невозможно быть не только гражданином, но и сформировать новую российскую государственность, российское гражданское общество.


(14) См. Афанасьев В.В. Историческая социология. Барнаул, 1995; Иванов В.В. Введение в историческую социологию. Казань, 1998.

Orphus

© biblio.kz

Permanent link to this publication:

https://biblio.kz/m/articles/view/ИСТОРИЧЕСКОЕ-СОЗНАНИЕ-И-ИСТОРИЧЕСКАЯ-ПАМЯТЬ-АНАЛИЗ-СОВРЕМЕННОГО-СОСТОЯНИЯ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Казахстан ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblio.kz/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

ТОЩЕНКО Ж.Т. Член-корр. РАН, ИСТОРИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ И ИСТОРИЧЕСКАЯ ПАМЯТЬ. АНАЛИЗ СОВРЕМЕННОГО СОСТОЯНИЯ // Astana: Digital Library of Kazakhstan (BIBLIO.KZ). Updated: 17.01.2020. URL: https://biblio.kz/m/articles/view/ИСТОРИЧЕСКОЕ-СОЗНАНИЕ-И-ИСТОРИЧЕСКАЯ-ПАМЯТЬ-АНАЛИЗ-СОВРЕМЕННОГО-СОСТОЯНИЯ (date of access: 17.02.2020).

Publication author(s) - ТОЩЕНКО Ж.Т. Член-корр. РАН:

ТОЩЕНКО Ж.Т. Член-корр. РАН → other publications, search: Libmonster KazakhstanLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Казахстан Онлайн
Астана, Kazakhstan
152 views rating
17.01.2020 (31 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Русская община в Японии в начале XX в.
3 days ago · From Казахстан Онлайн
Современная отечественная историография о хорезмшахе Джалал ад-Дине Манкбурны
Catalog: История 
3 days ago · From Казахстан Онлайн
Патронаж Москвы и грузинский национализм накануне событий 1956 г.
3 days ago · From Казахстан Онлайн
Из истории русско-туркменских отношений
Catalog: История 
3 days ago · From Казахстан Онлайн
Чудесные явления в латинских хрониках первого крестового похода
3 days ago · From Казахстан Онлайн
Японо-американские противоречия в Восточной Азии: от сотрудничества к конфронтации
Catalog: Право 
3 days ago · From Казахстан Онлайн
Акт о реформах правительства Индии 1919 г.
3 days ago · From Казахстан Онлайн
К вопросу о первенстве в переводе Корана на русский язык
3 days ago · From Казахстан Онлайн
Г. А. ВИНКЛЕР. Веймар. 1918-1933. История первой немецкой демократии
Catalog: История 
3 days ago · From Казахстан Онлайн
А. В. БЕЛЯКОВ. Чингисиды в России XV-XVII веков. Просопографическое исследование
3 days ago · From Казахстан Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
latest · Top
 
1
Вacилий П.·zip·45.48 Kb·958 days ago
1
Вacилий П.·xlsx·19.25 Kb·958 days ago
1
Вacилий П.·xls·31.84 Kb·958 days ago
1
Вacилий П.·txt·2.07 Kb·958 days ago
1
Вacилий П.·rtf·8.2 Kb·958 days ago
1
Вacилий П.·rar·46.19 Kb·958 days ago
1
Вacилий П.·pptx·41.16 Kb·958 days ago
1
Вacилий П.·pdf·29.17 Kb·958 days ago

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

BIBLIO.KZ is a Kazakh open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ИСТОРИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ И ИСТОРИЧЕСКАЯ ПАМЯТЬ. АНАЛИЗ СОВРЕМЕННОГО СОСТОЯНИЯ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Kazakhstan Library ® All rights reserved.
2017-2020, BIBLIO.KZ is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Kazakhstan


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones