Русские писатели и Чарльз Диккенс: диалог через границы и эпохи Аннотация: Данная статья исследует феномен глубокого и многогранного влияния Чарльза Диккенса на русскую литературу второй половины XIX века. Анализируются не только вопросы прямого заимствования, но и уникальный процесс творческой переработки, полемики и «овладения» диккенсовскими мотивами в контексте специфических русских социально-философских исканий. «Диккенс, которого мы обрели»: масштаб влияния В середине XIX века Чарльз Диккенс стал для России, пожалуй, самым читаемым и почитаемым зарубежным автором. Его романы печатались в журналах почти сразу после английских изданий, вызывая ажиотаж. Феномен заключался не просто в популярности, а в ощущении русскими писателями и критиками удивительной сродности Диккенса «русской душе». Виссарион Белинский видел в нем «поэта бедняков», а Достоевский в знаменитой речи о Пушкине назвал английского романиста в одном ряду с Шекспиром и Сервантесом как писателей, выразивших «общечеловеческое». Интересный факт: Первым переводчиком Диккенса на русский язык был сам В. Г. Белинский. В 1838 году он опубликовал перевод рождественской повести «Битва жизни», положив начало массовому увлечению писателем. Глубинные параллели и творческая полемика Русские классики восприняли у Диккенса не только социальный пафос, но и эстетические принципы, которые были творчески переосмыслены. Ф.М. Достоевский: от «униженных и оскорбленных» к «подполью». Диккенсовский мир лондонских трущоб, «маленьких людей» и социальных контрастов нашел прямой отклик в раннем творчестве Достоевского («Бедные люди»). Однако русский писатель пошел дальше в психологическом анализе. Если у Диккенса зло часто персонифицировано (злодей-олигарх, жестокий опекун), то Достоевского интересует метафизика зла в душе человека. Образы детей-страдальцев (Нелли в «Униженных и оскорбленных») отсылают к диккенсовским сиротам, но приобретают трагическую, почти библейскую глубину. Сам Достоевский называл Диккенса ве ... Читать далее