Глупость как фундаментальный антропологический принцип в произведении Эразма Роттердамского «Похвала глупости»

Философско-антропологическая концепция глупости представлена Эразмом Роттердамским в сатирико-философском произведении «Похвала глупости» (1509). Эразм через призму иронии и парадокса обнажает глупость как движущую силу культуры, общества и индивидуальной психологии. Таким образом, Эразм Роттердамский осуществляет радикальный переворот в оценке глупости: от порока к универсальному и созидательному началу человеческого существования.

Контекст создания: на стыке Ренессанса и Реформации

«Похвала глупости» (Moriae Encomium) была написана Эразмом в 1509 году во время его путешествия из Италии в Англию и издана в 1511 году. Это произведение появилось в уникальный исторический момент: расцвет гуманизма, критика схоластики, нарастающее недовольство церковными институтами. Написанная на изящной латыни, книга адресована интеллектуальной элите. Само название — игра слов: Moriae означает и «глупости», и отсылает к имени друга Эразма, Томаса Мора. Это задаёт тон двойного прочтения: иронической сатиры и глубокого философского трактата. Глупость (Stultitia) здесь персонифицирована: она выступает как оратор, произносящий хвалебную речь в свою честь.

Интересный факт: Эразм написал «Похвалу глупости» всего за семь дней, находясь в гостях у Томаса Мора. Это была импровизация гения, сочетавшая эрудицию, остроумие и смелость. Книга стала бестселлером: при жизни автора было продано более 40 000 экземпляров — феноменальный успех для эпохи ручного книгопечатания.

Антропологический переворот: не порок, а природа

Эразм совершает революционный пересмотр статуса глупости. В средневековой христианской традиции глупость (stultitia) однозначно приравнивалась к греху, духовной слепоте, незнанию божественных истин. Эразм же, оставаясь христианским гуманистом, выводит её из сферы моральной критики в область антропологической константы.

Глупость объявляет себя прародительницей и покровительницей человеческого рода. Она аргументирует это тем, что только благодаря ей — самообману, лести, иллюзиям — возможны сами ключевые человеческие акты: продолжение рода (запутанное в страсти и заблуждении), дружба (держащаяся на взаимной лести), государственное управление (основанное на риторике и тщеславии). Без «сладкого яда» глупости жизнь была бы невыносимо тоскливой и короткой. Таким образом, глупость — не отклонение, а имманентное свойство человеческой природы, условие её жизнеспособности и социальности.

Пример: Эразм описывает детство и старость — две стадии жизни, наиболее отмеченные глупостью (неразумием, ребячеством). Но именно они, по его мнению, наиболее счастливы. Мудрый старец, лишённый иллюзий, впадает в отчаяние, тогда как старик, впавший в детство, беззаботен. Глупость оказывается спасительным механизмом психологической адаптации.

Глупость как социокультурный клей

Главная социальная функция глупости, по Эразму, — связывать людей в сообщества. Разум, холодный и критичный, разъединяет, порождая скепсис и конфликты. Глупость же, в форме взаимной лести, тщеславия, доверчивости, создаёт социальные связи.

В сфере власти: Правители, полководцы, придворные и даже папы обязаны своим положением не мудрости, а глупости — любви к помпезности, лести, ритуалам, самообожествлению. Разумный человек никогда не полез бы в политику, полную абсурда и опасностей.

В сфере науки и искусства: Учёные, погружённые в свои «червивые» манускрипты, уверены, что обретают бессмертие в пыльных фолиантах — это тоже форма благородного самообмана, движимого тщеславием. Творческий экстаз поэта — род безумия (furor poeticus), то есть возвышенная форма глупости.

В религиозной жизни (самая острая критика): Эразм, устами Глупости, бичует не веру, а её институциональные искажения — формализм, обрядоверие, суеверия, фанатизм. Монахи, уверенные в своей святости из-за соблюдения внешних правил; богословы, спорящие о том, мог ли Бог принять образ тыквы; паломники, верящие в магическую силу реликвий — все они, по Эразму, являются адептами не разумной веры, а религиозной глупости.

Важный нюанс: Эразм не призывает уничтожить эту глупость. Он указывает, что она неискоренима и более того — необходима для функционирования любого сложного общества. Критика направлена на то, чтобы умные люди, осознав этот механизм, могли относиться к нему с философской иронией.

Христианская глупость: вершина парадокса

В кульминационной части речи Глупость совершает самый радикальный поворот: она объявляет, что истинное христианство — высшая форма глупости в глазах мира сего. Здесь Эразм использует апостола Павла («ибо мудрость мира сего есть безумие пред Богом… а немудрое Божие премудрее человеков», 1 Кор. 3:19-20).

Христианские добродетели — смирение, кротость, самоотречение, презрение к мирской мудрости и богатству — выглядят как полное безумие с точки зрения «разумной» языческой или светской этики, ориентированной на силу, успех и наслаждение. Блаженны нищие духом. Таким образом, Эразм выстраивает иерархию:

Глупость природная (наивность, страсти) — основа жизни.

Глупость социальная (тщеславие, лесть) — основа общества.

Глупость религиозно-фанатическая — опасное извращение.

«Глупость» евангельская (христианское простодушие) — высшая форма премудрости, доступная только через откровение и благодать.

Этот парадокс позволяет Эразму сохранить ортодоксальность, одновременно подвергая критике церковные институты, которые забыли эту «благую глупость» и погрязли в глупости мирской.

Интересный факт: Идея «христианской глупости» была настолько смелой, что, несмотря на покровительство пап, «Похвала глупости» позже попала в Индекс запрещённых книг (в 1559 году) как произведение, подрывающее авторитет Церкви.

Заключение: вневременная диагностика человеческого удела

Эразм Роттердамский в «Похвале глупости» поднимает глупость до уровня фундаментального антропологического принципа. Это не просто отсутствие ума, а активная, творческая сила, формирующая индивидуальную и коллективную реальность. Его анализ предвосхищает идеи философов Нового времени и современной социальной психологии о роли иррационального, аффективного и бессознательного в поведении человека.

Глупость у Эразма амбивалентна: она и спасительный нарциссизм, позволяющий выносить бремя существования, и разрушительное начало, ведущее к фанатизму и войнам. Ключ — в способности к самоиронии и рефлексии. Идеал Эразма — «мудрый глупец», который, подобно самому автору, понимает всеобъемлющую власть глупости, но не впадает из-за этого ни в цинизм, ни в отчаяние, а сохраняет способность к мягкому, просвещённому смеху над миром и над самим собой.

В современном мире, захлёстываемом волнами постправды, цифрового нарциссизма и новых идеологических фанатизмов, диагноз Эразма звучит с пугающей актуальностью. «Похвала глупости» напоминает, что общество, лишённое иронической рефлексии о собственных основаниях, обречено либо на тотальную серьёзность тоталитаризма, либо на хаотический абсурд. Глупость неизбывна, но сознательное отношение к ней — вот что отделяет гуманизм от варварства.

Permanent link to this publication: