2-е издание. М.: ИНИОН РАН, 2014. 584 с.

Рецензируемая книга посвящена курайшу - племени пророка Мухаммада, сыгравшему ведущую роль в истории ислама. Она представляет собой переработанную версию справочника под тем же названием, опубликованного в 2012 г. и адресованного как исламоведам, так и широкому кругу читателей, интересующихся арабо-мусульманской цивилизацией.

Книга-справочник состоит из двух разделов. В первом разделе, относительно небольшом по объему (с. 14-67), дается очерк истории курайшитов со времен основателя-эпонима (IV в.) до завершения эпохи "праведных халифов" (661 г.). Второй раздел включает в себя 70 таблиц, графически изображающих генеалогии главных курайшитских родов и их влиятельных семейств. К таблицам прилагаются свыше 1500 биографических справок.

Нет сомнения в актуальности подобного рода издания. Впечатляют объем собранного А. Алиевым материала и огромная работа по его оформлению. Вместе с тем книга вызывает значительное количество возражений и сомнений - прежде всего в отношении научной достоверности изложенных в ней сведений.

ОБ ИСТОЧНИКАХ

Судя по всему, справочник преимущественно составлен на основе вторичной литературы (прежде всего русскоязычной), в которой практически отсутствуют переводы собственно генеалогических арабоязычных сочинений, посвященных курайшитам или арабским племенам вообще. О степени знакомства автора с ними свидетельствует, среди прочего, следующая фраза А. Алиева из историографического обзора: "Что касается средневековых мусульманских авторов, то их труды, посвященные родословным представителей племени Курайш, как правило, представляют собой подробные, по различному принципу скомпонованные (по алфавиту, родам, времени принятия ислама и пр.) перечисления имен видных деятелей ранней мусульманской истории..." (с. 8). Среди трудов, характеризуемых таким образом, автор называет "Джамхарат ан-насаб"¹ Ибн-аль-Кальби (ум. 819), "ат-Табакат аль-кубра" Ибн-Сада (ум. 845), "Ансаб аль-ашраф" аль-Балязури (ум. 892), "Усд аль-габа" Ибн-аль-Асира (ум. 1233), "Вафиййат аль-а 'йан" Ибн-Халликана (ум. 1282), "Тахзиб am-Тахзиб" и "аль-Исаба" аль-Аскаляни (ум. 1449). В действительности ни одно из этих сочинений не "скомпоновано" по таким "различным принципам" (теоретически даже трудно представить нечто подобное!). Ни в одном из них генеалогические справки не структурированы соответственно критерию "время принятия ислама".

К тому же "Вафиййат" и "Тахзиб" практически не имеют отношения к теме о родословной курайшитов. В то же время в указанном списке не представлена книга Ибн-Хазма (ум. 1064) "Джамхарат ансаб аль- 'араб", которая считается высшим достижением классической арабо-мусульманской историографии в области генеалогии арабских племен.

Отмечу также, что перечисленные А. Алиевым труды не "посвящены" именно родословным курайшитов, как это можно понять из приведенной цитаты, а касаются вообще арабов или сахабитов - сподвижников пророка Мухаммада. Зато вне поля зрения исследователя остались специально посвященные курайшитам историко-генеалогические сочинения, в том числе "Насаб курайш" Мусаба аз-Зубайри (ум. 851), "аль-Мунаммак фи тарих курайш" Мухаммада ибн Хабиба (ум. 859), "Джамхарат ансаб курайш вa-ахбариха" аз-Зубайра ибн Баккара (ум. 870), "ат-Табйин фи ансаб курайш" Ибн-Кудамы аль-Макдиси (ум. 1223). К ним можно добавить и труды современных арабских авторов: "Тарих курайш" Хусайна Муниса, "Тарих курайш ва-ансабуха" Абдаллаха аль-Джады, "Кабилят курайш вa-асаруха фи аль-хайат аль- 'арабиййа кабль

¹ Здесь и далее арабские имена, термины, этнонимы, названия книг и т.п. даются в русской транскрипции, но при цитировании книги А. Алиева сохраняется их авторское написание.

аль-ислям" Худейра аль-Джумайли и др. Показателен и тот факт, что в названии книги Ибн-аль-Кальби слово джамхарат почему-то передано как гамхарат.

Еще более примечательна следующая идентификация классической, можно сказать канонической, биографии-сиры пророка Мухаммада, составленной историком Ибн-Хишамом (ум. 828, или 833) и являющейся авторитетнейшим источником по родословным курайшитов. В рецензируемом труде книга Ибн-Хишама носит название "Мухтасар сират ан-наби..."/"Полное жизнеописание пророка..." (с. 19-20). Автор пишет, что в ней использованы пространные выдержки из несохранившегося труда Ибн-Исхака (ум. 767) "Хаза китаб сират расул Аллах"! "Это книга жизнеописания посланника Аллаха" (с. 26). На самом деле книга Ибн-Хишама обычно именуется "Сират Ибн-Хишам" / ""Сира" Ибн-Хишама", и она является не чем иным, как сокращенной версией сочинения Ибн-Исхака. Последнее, точное название которого неизвестно, представляет собой труд по всеобщей истории (от сотворения мира), включающий в себя и раннюю историю ислама.

Что касается выражения "Хаза китаб сират расул Аллах"/"Это книга жизнеописания посланника Аллаха", выдаваемого автором за название книги, на самом деле это лишь начальные слова пространной фразы о родословном древе Мухаммада, которой Ибн-Хишам начинает отредактированную им версию. В отношении названия "Мухтасар сират ан-наби..."/"Полное жизнеописание пророка..." допущена двойная некорректность. Во-первых, что касается перевода: арабское слово мухтасар означает отнюдь не "полное", а совсем наоборот - "сокращенное". Во-вторых, "Мухтасар сират ан-наби... " служит названием не самой книги Ибн-Хишама, а одного из многих современных сокращенных вариантов его труда, с которого был сделан ее русский перевод (2002). Следовательно, речь идет не о "полной" биографии, а о дважды сокращенной версии.

На весьма отдаленное знакомство с базисными источниками красноречиво указывает и такой пример. В справке о роде абд, при упоминании об одном из его видных представителей злейшем враге ислама аль-Хувайрисе ибн Нукайзе, говорится, что "его точную родословную выявить не удалось" (с. 186), притом что в упомянутой "Сире" Ибн-Хишама генеалогия абдита четко обозначена: классическая мусульманская историография не допускала таких серьезных лакун в генеалогии известных курайшитов.

Среди потомков аль-Хариса в справочнике почему-то вовсе не упомянут аль-Мугира ибн Науфаль, зять пророка Мухаммада (муж его внучки Умамы), который был внуком его дяди аль-Хариса. Мужа Умамы автор именует - Науфаль ибн аль-Мугира, он фигурирует в книге без точной идентификации; высказывается, впрочем, предположение, что он выходец из рода махзума (с. 356, 546).

ОБ ИСТОРИИ КУРАЙШИТОВ

В историческом разделе справочника возражение вызывает прежде всего значительное число некорректностей в воспроизведении соответствующих сведений арабо-мусульманских источников. Неудачным представляется ряд комбинаций разных преданий или интерпретаций. Автор порой акцентирует внимание на некой маргинальной версии в ущерб доминирующей как в самой мусульманской традиции, так и в мировом академическом востоковедении. По-видимому, многие из этих некорректностей перешли из вторичной литературы, на которую опирался А. Алиев.

Уже на первой странице данного раздела встречаются утверждения, вызывающие недоумение. Как пишет А. Алиев, в исламе сложилось представление, что арабы ведут свой род от библейско-коранического пророка Ибрахима/Авраама: северные арабы восходят к его сыну Измаилу, а южные - "к Иоктану, дяде Ибрахима" (с. 16). Странно, но автор не замечает некорректности такого определения, при котором все арабы вначале объявляются потомками Авраама, а при уточнении выходит, что часть их восходит не к самому Аврааму, а к его дяде. Более того, Иоктан, как известно по Библии (Быт., 10), старше Авраама на целых пять поколений.

Автор почему-то обходит молчанием доминирующее в арабо-мусульманской историографии представление о более древних поколениях арабов, в том числе многократно упоминающихся в Коране адитах и самудитах, а также других "исчезнувших" (ба'ида) арабских племенах, родословные которых возводятся к Ноевым внукам Араму и Луду. На мой взгляд, неоправданным является и тот факт, что в справочнике не нашло отражения проводимое арабской традицией различие между "исконными" ('ариба) арабами и арабами "натурализованными" (муста'ариба):

к последним относят, в частности, Измаила, который вырос среди "исконных" арабов из племени джурхум и воспринял от них арабский язык. Ведь в самом справочнике никак не объясняется, каким образом еврей Измаил стал арабским родоначальником.

Рассказывая о Фихре/Курайше, эпониме-основателе племени курайша, А. Алиев отмечает, что среди его потомков мусульманская традиция насчитывает 25 родов (с. 20). Далее называются имена потомков Курайша в первых пяти коленах, среди них выделяются родоначальники, а когда речь доходит до видного представителя шестого поколения Кусаййа, с именем которого связывают обоснование курайшитов в Мекке, сообщается, что "ко времени переселения Кусаййа в Мекку помимо его большого семейства осталось только 16 курайшитских родов" (с. 22; курсив мой. - Х.Ю.). И читатель задается вопросом: куда пропали целые восемь или девять родов, а главное - откуда они взялись?! На самом деле "пропавшие" роды - это семейства, которые впоследствии выделятся в самостоятельные роды.

В сведениях о Кусаййе допущен и ряд других значимых некорректностей (с. 20-22): о якобы принадлежности его матери к племени узре; о "переходе" к нему шести основных "почетных прав"; об учреждении им идолопоклонства, в том числе перевоз из Сирии изваяния главного божка Хубала и воздвижение его в храме Каабе, и др. Относительно указанных почетных институтов отмечу, что в действительности большинство из них были введены самим Кусаййем, а иджаза (руководство шествия паломников из Арафата в Муздалифу) никогда не находилась в руках ни Кусаййа, ни кого-либо из курайшитов, а была привилегией гауситов/суфитов. Введение культа Хубала среди мекканцев мусульманская традиция обычно связывает с именами других лиц, прежде всего Амра ибн Люхаййа, вождя племени хузаы, некогда попечителя Каабы. В справочнике упоминается лишь о размещении хузаитом своего "племенного божка" в Каабе (с. 19), название этого идола не указывается.

Такая подмена господствующего предания версией, неизвестно откуда взятой или совершенно нерепрезентативной, - не редкость в рецензируемом издании. В частности, нечто похожее имеет место в рассказе о "Слоновом походе" Абрахи, эфиопского наместника в Йемене. Согласно мусульманскому преданию, Абраха вознамерился переориентировать арабов с мекканского храма Каабы на церковь, воздвигнутую им в своей столице Сане; услышав об этом, некоторые почитатели храма из арабского племени кинаны пошли на осквернение церкви, что и стало причиной похода Абрахи на Мекку с целью разрушения Каабы. В книге А. Алиева приводится версия неизвестного происхождения о том, что Абраха двинулся на север по просьбе византийского императора, дабы нанести иранцам удар в тыл, а его армия "в своем продвижении не могла миновать" Мекку; "непосредственным же поводом" для выступления послужило осквернение церкви кинанитами (с. 15).

В историческом разделе, как и в разделе о генеалогиях, дает о себе знать нечеткость представления автора о некоторых базисных реалиях мусульманской религии. Например, о курай-шитах, принявших ислам после завоевания Мекки (630 г.), говорится, что те "были включены в привилегированный разряд верующих: не просто как мусульмане, а в качестве уверовавших проникновенно и надежно (му 'мин)" (с. 48). Отмечая достоинства того или иного курайшита, автор называет (хотя и не всегда последовательно) количество переданных с его слов хадисов, тогда как подобные цифры лишены смысла без привязки к конкретному своду хадисов, поскольку общее число хадисов никак не определено. О потомках аль-Хасана и аль-Хусайна утверждается, будто они различались по почетным прозвищам - шарифы и саййиды соответственно (с. 364, 381).

К такого рода некорректностям примыкает и справочная информация, по которой шииты, потомки аль-Хусайна, сначала распались на зайдитов и иснасниаритов/двунацесятников, потом от последних отделились исмаилиты, а после смерти их одиннадцатого имама аль-Хасана аль-Аскари иснаашариты раскололись на 14 религиозно-политических течений (с. 381, 398). В действительности иснаашариты как таковые оформились лишь после смерти этого аль-Хасана.

В справочнике нередко звучат фундаментально значимые и широкомасштабные утверждения, на деле не имеющие под собой никакой почвы. Таков, например, пассаж о том, что в последние два-три года жизни пророка Мухаммеда "все курайшиты выступали как сплоченное целое, как ядро, вокруг которого объединялись представители все возрастающей мусульманской общины, а слова "курайшит" и "мусульманин" стали восприниматься как синонимы" (с. 49).

К стилевым погрешностям можно отнести такие формулировки, как: Абд, эпоним-основатель соответствующего курайшитского рода, "в некоторых источниках считается умершим в детстве" (с. 73); "сыновья родоначальника Амира... изначально составили три самостоятельные

генеалогические ветви" (с. 82). Вызывает большие сомнения информация о курайшите-язычнике аль-Хувайрисе, совершившем насилие над собственной дочерью за то, что та приняла ислам (с. 49).

О ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИХ СХЕМАХ И БИОГРАФИЧЕСКИХ СПРАВКАХ

Претензии к этим схемам и справкам касаются и формы, и содержания. В формальном/методическом плане вызывает возражения способ передачи этнонимов. Названия племен представлены автором в форме, претендующей на воспроизведение арабского оригинала, - бану X ("сыны X"). Но в самой арабской традиции слово бану, обычно входящее в состав имени того или иного рода внутри данного племени, не обязательно присутствует в названиях племен, ибо указанная форма служит лишь одним из многих способов обозначения таких общностей. Это относится не только к курайшу, но и ко многим другим племенам, часто упоминаемым автором, - кинане, хузае, сакыфу, гассану и др. Полагаю также, что этнонимы подобает писать не с прописной буквы, а со строчной, как это принято в русском словоупотреблении.

Бросается в глаза множество повторов. Так, справка о представительнице данного рода/ семейства дается (притом часто в одинаковых выражениях) и в разделе о роде/семействе ее родителей, и в разделе о роде/семействе мужа, если она принадлежит к иному роду/семейству, и дублируется в случае, когда отец и мать принадлежат к разным родам/семействам. Типичным предстает случай с правнучкой пророка - Сукайной (дочерью аль-Хусайна), чья биография воспроизводится пять раз (с. 208, 214, 253, 367, 384). Можно было бы существенно сэкономить в листаже, пользуясь отсылками.

Читатель сразу заметит и явную непоследовательность в передаче имен и родов/семейств, и их представителей. Например, основанный аль-Харисом (сыном Фихра/Курайша) род обозначается как "аль-Харис ибн² Фихр", а основанный его братом Мухарибом - как просто "Мухариб". Одновременно имена хариситов доводятся только до "аль-Хариса", тогда как некоторые имена мухарибитов простираются до "Мухариба ибн Фахра", - другие только до "Мухариба".

При упоминании о получении прозвища или нового имени таковое нередко дается без объяснения или перевода (Абу Зат ал-Кариш - с. 239, Зайнаб - с. 319, ал-Курки - с. 386, Наджийа - с. 395, Табатаба - с. 373, Башшат - 416 и др.). В некоторых случаях прозвища переведены неправильно. Так, прозвище одиннадцатого шиитского имама аль-'Аскары (по местечку 'Аскар в Ираке) справочник передает как "воинственный" (с. 397); аль-Джазари, прозвище одного из правнуков имама аль-Хусайна, - как "Алжирец", да еще с комментарием: "родился, видимо, в Алжире" (с. 385; Алжир - араб. аль-Джаза'ир, относительное имя - аль-Джаза'ири); а прозвище аль-Мусанна ("второй", букв, "удвоенный"), прилагаемое к аль-Хасану (сыну имама аль-Ха-сана), дабы отличить его от отца-тезки, - как "воспетый"/"возвеличенный" (с. 372).

И еще одна досадная ошибка такого рода: обозначение 'Амат аль-'Азиз ("служительница Всеславного (Бога)"), которое служит настоящим именем Зубайды (жены аббасидского халифа Харуна ар-Рашида), в справочнике принимается за ее прозвище, воспроизводится в форме ал-'Аммат ал-Азиза и переводится как "Дорогая тетушка" (с. 423).

Последний пример показывает, насколько небезобидной может оказаться путаница в отношении арабских букв " 'айн" (') и "хамза" ('). И хотя многие подобного рода ошибки, имевшие место в первом издании, были исправлены в настоящем, в нем осталось немалое их количество. Это касается, в частности, обозначения 'Унайс (с. 81), Йарбу' (с. 142), 'Аммат ('Амма) бт. Халид (с. 212), ал-Xaдu 'ила-л-хакк (с. 370), Йа 'куб (с. 493) и др. В некоторых случаях фигурирует лишняя буква "хамза'\ как в названии Сирии - аш-Ша'ам (с. 15) или иракского города Хира - ал-Хира' (с. 17); лишний артикль "аль-" - например, 'Абдаллах б. ал-Хатал (с. 49), йаум ал-'ашура'(с. 265), 'Абдаллах б. ал-Хузафа (с. 509).

Принципиально важный изъян настоящего раздела, как и раздела по истории курайшитов, связан с отсутствием в них сведений о генеалогии главных арабских племен и их территориальном распределении. Это делает малоинформативным подавляющее большинство сведений о брачных и прочих связях курайшитов с представителями других аравийских племен или их ответвлений. Даже сам автор порой путается в соотношении между племенами, когда, например, сополагает крайшитов и кинанитов (с. 23) или пишет о союзе узритов с кудаитами (с. 21), тогда как курайш составляет ветвь кинаны, а узра - ветвь кудаы.

² В рецензируемой книге употребляется сокращенная форма "б.".

Биографические справки по ряду признаков лишь отчасти отвечают требованиям к данному типу литературы. Например, многие биографии современников пророка ограничиваются сведениями, касающимися участия в том или ином событии его жизни. Часто в биографиях отсутствует информация о датах рождения и смерти, потомстве и т.п.

Как в биографических справках, так и в генеалогических схемах слабо представлены родственные связи по женской линии, хотя в предисловии к справочнику автор акцентирует внимание на важности этих связей. На сей счет ограничусь следующим характерным примером. Абдаллах ибн Амр, внук халифа Усмана/Османа, вошел в историю ислама как единственный отец, зятьями которого стали четыре халифа (омейяды аль-Валид, Суляйман, Йазид II и Хишам), а в справочнике упоминаются одни лишь его сыновья.

Из числа фактологических ошибок приведу следующие примеры.

1. Из-за некорректной идентификации брака Арвы (дочери Абдальмутталиба, тети пророка Мухаммада) существенно пострадали генеалогии четырех родов - хашима, джумаха, абда и абдаддара. По мусульманским источникам, Арва была замужем за абдитом Умайром ибн Вахбом, которому она родила сына - будущего видного сахабита Тулайба, а овдовев, стала женой абддарита Каляды/Артаы и имела от него дочь Фатыму. В справочнике Арва представлена как супруга махзумита Умайра ибн Вахба и мать троих его детей - Вахба, Тулайба и Арвы; и здесь нет упоминания о ее втором браке. Добавлю, что в действительности махзумит Умайр ибн Вахб был женат не на хашимитке Арве, а на джумахитке, от которой у него родилось три сына - Вахб, Умаййа и Убайй. Из-за указанной ошибки этот Вахб, в будущем также видный сахабит, предстает в качестве двоюродного брата пророка. Относительно других его новоявленных "братьев" из числа детей Умайра - автор ограничивается воспроизведением их родословных.

2. До неузнаваемости деформированной оказалась генеалогия рода абд (с. 186-87). В справочнике не назван ни один из трех сыновей эпонима-родоначальника - Вахб, Мунхиб и Буджайр. Зато в качестве детей Абда здесь указаны сын по имени Усман и дочь по имени Тахмур. На самом деле Тахмур (Тахамур) - не дочь Абда, а его сестра.

Что касается Усмана, то в качестве его потомков справочник указывает двух сыновей Абдальуззу и Умайра/Умара, а также сына последнего - видного сахабита Тулайба. Но данная здесь биографическая справка о Тулайбе умалчивает о матери сахабита, каковой в действительности была хашимитка Арва, тетя пророка Мухаммада, которая, как отмечалось выше, в книге некорректно объявлена женой другого Умайра, махзумита. Отцом же абдита Умайра мусульманские историки чаще всего называют Вахба. Усман, а вместе с ним и его сын Абдальузза, - по ошибке перенесенный сегмент из генеалогии другого рода, абдадара (см. с. 189).

Любопытно, что эпоним абдитов фигурирует в справочнике под двумя именами - "Абд (Кусайй)", сопровождаясь таким комментарием: "При рождении получил имя Кусайй, которое в мусульманской литературе за ним не закрепилось, чтобы не создавать путаницы с его отцом, который под этим именем вошел в историю ислама" (с. 187). По сведениям мусульманских историографов, Кусайй нарек своего сына именем 'Абд Кусай ("служитель Кусаййа"), которое впоследствии часто сокращалось до 'Абд. Но нередко в классических источниках встречается и полная форма этого имени, что, надо полагать, и породило иллюзию о двух именах, а с ней и приведенное в справочнике "объяснение".

3. В генеалогии рода сахма серьезные ошибки допущены в отношении обоих семейств, основанных сыновьями родоначальника-эпонима Садом и Суайдом. Отчасти эти ошибки объясняются тем, что автор путает Суайда с его племянником-тезкой, сыном Сада. А в родословном дереве Сада некорректно отождествлены два его потомка по имени "Хузафа": сын и правнук (сын Кайса, сына Ади, сына Сада).

4. Не является исключением и следующий курьезный пример, касающийся генеалогии крупнейшего сподвижника пророка Мухаммада, халифа Абу-Бакра (с. 115-121): ему приписывается сын по имени Вахб, сын которого Рифаа представлен в качестве мужа некой Айши, якобы дочери другого сына халифа - Абдаррахмана. В данном случае, полагаю, подвело такое обстоятельство. У Абу-Бакра было прозвище 'Атик ("освобожденный"; "к"- 21-я буква арабского алфавита), транскрипция которой схожа с именем 'Атик ("к" - 22-я буква). А это имя фигурирует в родословной мусульманки из Медины, уроженки иудейского племени надыр - Айши бин Абдаррахмана ибн Атика, которая была замужем за ее двоюродным братом Рифаой ибн Вахбом ибн Атиком.

Такого же рода ошибка произошла в отношении другого сына Абу-Бакра Абдаллаха. О последнем известно, что у него не было потомства. Но в справочнике к нему возводится сын - Ис-

хак, о котором говорится здесь как об известном передатчике хадисов (мухаддис). По-видимому, здесь путаница произошла из-за такого факта: вышеупомянутый биограф Пророка Ибн-Исхак (Мухаммад ибн Исхак) передавал хадисы от своего учителя Абдаллаха ибн Абу-Бакра. Правда, последний иное лицо, нежели сын халифа: ансарит Абдаллах ибн Абу-Бакр ибн Мухаммад ибн Амр ибн Хазм.

В свете сделанных замечаний и перечисленных ошибок приходится сделать вывод, что рецензируемый справочник может во многом дезориентировать читателя и нуждается в существенной переработке, а автору стоит пожелать более критичного отношения к источникам.

Постоянный адрес данной публикации: