Libmonster ID: KZ-2414
Author(s) of the publication: В. В. СИНИЧЕНКО

Уголовная преступность китайских, корейских и японских поселенцев и политика России в отношении иностранных преступников на русском Востоке стала предметом исследования в отечественной историографии XIX - начала XX в. Однако авторы (В. В. Граве, В. Д. Песоцкий, Д. И. Шрейдер и др.) изучали эту проблематику на основе анализа изданных документов. Настоящая же работа построена на анализе архивных материалов, впервые вводимых в научный оборот.

ДИНАМИКА И СОЦИАЛЬНАЯ КАРТОГРАФИЯ

В Восточно-Сибирском генерал-губернаторстве, охватывавшем территории современной Восточной Сибири и российского Дальнего Востока, за период с 1856 по 1884 г. было зафиксировано 676 правонарушений, совершенных иностранцами. При этом большая часть (597) приходилась на долю выходцев из азиатских стран - Кореи, Китая и Японии, а 79 нарушений допустили граждане европейских стран и США.

Девиантное (преступное) поведение подданных Цинской империи (китайцев, монголов и корейцев) и Японии проявлялось в следующих формах: а) грабежи (128); б) контрабанда (217); в) незаконное использование природных богатств (146); г) шпионаж (17) 1 . Первоначально выходцы из азиатских стран не проживали компактно в российских городах. Но рост числа эпидемических заболеваний, распространяемых китайцами и корейцами, заставил местную администрацию издать 29 сентября 1902 г. постановление об ограничении особыми кварталами поселений азиатских мигрантов. Китайские и корейские кварталы появились в Хабаровске, Благовещенске, Николаевске, Никольск- Уссурийске, Владивостоке. Однако проводимые санитарные мероприятия привели к негативным социальным последствиям. 70% зарегистрированных правонарушений в начале XX в. приходились на города и пригороды Приморья 2 .

Центром китайской жизни во Владивостоке была улица Семеновская, ныне - Колхозная. В начале Семеновской улицы размещался один из самых известных городских базаров. Этому району было дано название "Миллионка" из-за его переполненности. По проведенным подсчетам, там было около 300 квартир с населением свыше 3000 человек, в большинстве китайской национальности. До 80% проживающих в квартале людей существовали за счет содержания всевозможных притонов и спекулятивных махинаций. Кроме "большой Миллионки" существовала еще и "маленькая Миллионка", расположенная на Пекинской и Семеновской улицах. В лабиринтах дворов и проходов располагались опиекурильни, игровые дома - "банковки", дома терпимости. Дома "Миллионки" служили укрытием для воров, контрабандистов, фальшивомонетчиков и других уголовных элементов. Всего в 1910 г. в китай-

стр. 138


ских кварталах Владивостока проживало свыше 50 000 китайцев и 4 000 корейцев, а общая численность населения составляла 80 000 человек 3 .

В Благовещенске китайский квартал представлял собой сеть одно- и двухэтажных строений с множеством тайных ходов, подвалами, сигнализацией и системами оповещения. Благовещенск находился на самой границе с Китаем и являлся удобной перевалочной базой для китайских преступников. Здесь в китайском квартале можно было достать кокаин, морфий, продать ворованное имущество.

С увеличением числа азиатских подданных, проживавших в крае нелегально, иностранная преступность превратилась в заметный криминогенный фактор жизни региона. Всего в окружных судах Приамурского края (зона действия - российский Дальний Восток) с 1 января 1906 г. по 1 января 1910 г. были рассмотрены 884 дела об экономических, политических и уголовных преступлениях, совершенных иностранцами. Из их числа чаще всего совершали уголовные преступления на востоке России китайцы. С 1906 по 1910 г. китайцы 27 раз осуждались за совершение особо тяжких преступлений (убийство, грабеж, разбой). Японцы и корейцы дважды задерживались за подобные преступления. В имущественных уголовных преступлениях (воровство, мошенничество) в 1906 - 1909 гг. также преобладали китайцы: было осуждено 86 цинских подданных. В то же время только четыре корейца и два японца понесли наказание за совершение имущественных деяний 4 . (Надо отметить, что по особо тяжким уголовным делам процент раскрываемости преступлений был незначителен -28.7% 5 .)

Из сведений о преступности китайцев, корейцев и японцев, по данным Иркутской судебной палаты (зона действия - Восточная Сибирь) за 1906 - 1909 гг., видно, что кражи в крае чаще всего осуществляли китайцы. Если в 1906 г. ими было совершено 18 краж, то в 1907 г. - уже 22, в 1908 г. - 30 и в 1909 г. - 39. В то же время за эти четыре года, японцы совершили пять краж, а корейцы - две 6 . С 1906 г. по 1910 г. в Иркутском и Приамурском генерал- губернаторствах китайцы ежегодно совершали от 30 до 35 нападений на соотечественников и российских подданных. Корейцы и японцы разбоем не промышляли. Число убийств, совершаемых в регионе китайцами за год, колебалось от 55 до 67. Японцы за четыре года совершили шесть убийств, а корейцы - девять. В структуре китайской преступности видное место в начале XX в. стал занимать уличный грабеж. Если в 1906 г. было ограблено пять, в 1907 г. - шесть, то в 1908 г. - уже 16 человек, а в 1909 - 14. В то же время зафиксирован только один случай грабежа со стороны корейца.

В начале XX в. по числу убийств иностранцев на первое место выдвинулась Чита. В 1906 г. здесь китайцами и корейцами было совершено 32 убийства, в то время как во всем Приморье только 16. В 1907 г. в этом городе китайцы убили или произвели покушение на убийство 29 человек, а в Приморье - 15. Наконец, в 1909 г. в Чите было совершено китайцами 34 убийства, а во Владивостоке - девять. В Иркутске таких преступлений в 1909 г. было совершено только два 7 .

По сообщению полицейского источника, в 1916 г. на территории Приамурья действовало 14 российских банд, три корейские и восемь китайских. Среди иностранных бандитов росла доля рецидивистов. Если в 1912 г. среди всех задержанных китайцев и корейцев доля рецидивной преступности составляла 7%, то в 1914 г. - уже 11.2, а в 1916 г. - 16% 8 .

В 1915 - 1916 гг., большинство китайских преступников были безграмотны, лишь 23% имели начальное и среднее образование.

Средний возраст китайских и корейских преступников составлял 27.8 лет. Соотношение между удельным весом различных социальных групп в составе населения Дальнего Востока и степенью их участия в преступлениях была различна. Самое большое количество преступлений совершали торговцы, причем доля китайских,

стр. 139


японских и корейских предпринимателей в совершении преступлений не соответствовала их удельному весу в составе населения. Так, они составляли 13% населения, но на них приходилось 43% совершенных правонарушений. Это свидетельствует о том, что азиатские торговцы являлись наименее лояльной в правовом отношении социальной группой. Рабочие участвовали в преступлениях не столь интенсивно, но на их долю приходилось наибольшее количество преступлений. Удельный вес иностранного населения, занятого в промышленности, составлял 72%, а его участие в преступлениях на 1916 г. равнялось 49%. 8% преступлений приходилось на иностранное сельскохозяйственное население (корейцы) 9 .

В сельских и горнозаводских местностях совершалось меньше преступлений (30%), чем в городах (где преимущественно действовали иностранные предприниматели), но по интенсивности рабочая преступность (по преимуществу сельская) была выше торговой (по преимуществу городской), поскольку в селах совершались в основном тяжкие преступления и правонарушения в отношении российских подданных, а не нарушения миграционно-налогового законодательства, как в городах. Иностранная преступность охватывала, в основном не уездные, а крупные губернские города, такие как Владивосток, Никольск-Уссурийск, Хабаровск, Благовещенск (77% правонарушений в городской среде) 10 .

Характер преступлений в 1916 г. был следующим: бандитизм -1% от всех преступлений, экономические преступления - 21, убийства - 8, тяжелые телесные повреждения -4, разбой и грабеж - 3, ското- и конокрадство - 5%. Остальная преступность приходилась на нарушение миграционного законодательства. Из приведенных данных видно, что особо тяжкие преступления - против личности - составляли в структуре иностранной преступности 16% от всей совокупности правонарушений, совершаемых иностранцами 11 .

Иностранные подданные становились не только субъектами правонарушений, но и объектами преступных посягательств. В начале XX в. в структуре региональной преступности возникли новые специализации бандитизма: охота на "белых лебедей" и "фазанов". "Белым лебедем" называли корейца, одевавшегося летом в белую одежду и занимавшегося тайной разработкой золота в тайге. "Фазаном" или "ходей" именовали китайцев.

Интенсивность преступности носила сезонный характер. В летний период наблюдалось большое движение населения на заготовку леса, лов рыбы, золотодобычу. В это время преступность возрастала вдвое. Преступление против личности и имущества увеличивались весной и летом и уменьшались осенью и зимой 12 .

Увеличение имущественных преступлений в теплое время года объяснялось приграничным положением Дальнего Востока. Так, конокрады сбывали лошадей исключительно за границей, вследствие чего в Забайкалье и Приморье, где границы более доступны летом, они действовали летом больше, чем зимой, и, наоборот, в Амурской области, где границей служил Амур, конокрадство увеличивалось после ледостава - зимой.

С увеличением числа иностранцев в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке, росло и количество преступлений, совершаемых ими. Особенно быстро росли экономическая преступность и бандитизм. Если в 1880 г. было зафиксировано шесть экономических преступлений, совершенных иностранцами, то в 1912 г. их было уже 447. Число разбоев и грабежей возросло за тот же период с 13 до 536. В то же время конокрадство оставалось на относительно стабильном уровне: 1880 г. - 16 случаев; 1895 г. -23, 1912 г. - 44. Снижение удельной доли конокрадства, увеличение краж, наркомании, проституции и особенно бандитизма - вот основная тенденция в изменении структуры иностранных правонарушений в регионе на рубеже XIX-XX вв. 13 .

стр. 140


ПРИЧИНЫ РОСТА КИТАЙСКОГО БАНДИТИЗМА (ХУНХУЗНИЧЕСТВА) НА РОССИЙСКОМ ВОСТОКЕ

Китайский бандитизм делился на внутренний и внешний. Внутренний был связан с китайскими мигрантами, проживавшими на территории Российской империи, а внешний с хунхузами (китайцами, промышлявшими грабежом и разбоем), переходившими границу для совершения преступления в Приамурском крае и Забайкалье. Интенсивность бандитизма зависела от времени года, обычно она усиливалась летом в период сбора в Приморье опийного мака и его транспортировки в Китай. Был развит как наркоторговый, так и приисковый бандитизм. Последний был связан с грабежом приисковых рабочих.

Первые, отложившиеся в архивах сведения о столкновениях российских войск с хунхузами, относятся к 1867 г. Тогда около селения Илихэ (левый берег Амура) они стали добывать золото, но были разогнаны российскими властями. В 1868 г. на острове Аскольд собралось до 1000 старателей, оказавших сопротивление российской полиции. Поэтому военный губернатор Приморской области распорядился отрядить капитан-лейтенанта Яманина с отрядом на Аскольд для прекращения "тайной разработки золота". Правда военная экспедиция задержала только семерых, всем остальным удалось перебраться на материк и скрыться.

Объединившись с местными хунхузами, китайцы сожгли три российских села Никольское, Суйфунское и Шкотово. Русское население было перебито или бежало. Был уничтожен российский пограничный пост на реке Стрелка. Русские военные отряды настигли китайцев в районе полустанка Дубинский. Во время трехчасовой перестрелки китайский отряд был обойден русской ротой и атакован. Китайцы в панике отступили, а русские войска, утомленные боем, их не преследовали 14 .

Несмотря на этот конфликт, до конца 70-х гг. XIX в. присутствие китайских бандитов на российском Дальнем Востоке всерьез не беспокоило местную администрацию. Однако начиная с 1878 г., началось новое проникновение китайцев-отходников на российскую территорию, которое сопровождалось резким увеличением случаев угона скота и разбоя 15 .

Долгое время борьба с преступностью осложнялась тем, что согласно русско- китайскому Пекинскому договору 1860 г. (8 и 10 статьи) китайцы Амурской области в случае совершения ими преступлений подлежали юрисдикции китайских властей. Однако китайские власти обычно не только не наказывали преступников, но и не препятствовали им во вторичном въезде в Россию. Так, кяхтинский пограничный комиссар в 1880 г. выслал в Китай из селения Камень- Рыбалово за содержание игорного дома Цау Фунсяна. Поскольку по китайским законам игра не являлась преступлением, китаец не только не был наказан, но и вошел в свиту генерала Чунь Линя как переводчик и специалист по России. Этот китаец выступал в качестве разведчика, посещая российское приграничье 16 .

В 80-е гг. XIX в. случаи преступлений китайцев против личности (разбой, грабежи, убийства) стали расти в арифметической прогрессии. Частично это связано и с тем, что в это время китайские власти в приграничной зоне начали ликвидацию так называемой Желтугинской республики. Она представляла собой артель из 8 000 китайских подданных, добывавших золото на пограничной реке Желтуге. Многие китайские авантюристы, спасаясь от цинских войск, бежали на российскую территорию. За период с 1890 г. по 1892 г. российскими властями за бандитизм было осуждено 13 китайцев 17 .

Резкий всплеск китайской преступности приходится на рубеж XIX-XX вв. Вооруженные шайки хунхузов безнаказанно разбойничали в долине Суйфуна. У селения Новокиевское хунхузами был ранен русский стрелок. В ночь на 4 июля 1899 г. китайцы Джан Фу, Джан Хай, Ван Кинсай напали на дом китайца Шикиду Цая и убили сто-

стр. 141


рожей этого китайца - Милованова и Федосеева. По представлению Приморского военного губернатора, хунхузы были преданы военному суду и расстреляны 2 сентября 1899 г. Китайцы Ван Сичун и Сын Хай, соучаствовавшие в преступлении (укрывали), были отданы в бессрочные каторжные работы 18 . Но часто бандиты успевали покинуть территорию России и избегали наказания. Поэтому крупные землевладельцы Приморья (Ющенков, Введенский), опасаясь нападения китайских бандитов, переехали в город 19 .

Особенно много терпели от хунхузов корейцы, проживавшие в России. Их часто похищали и требовали деньги. Выкупная сумма колебалась в пределах от 500 до 2000 руб. Похищали хунхузы и русских. Так 10 июня 1908 г. китайскими бандитами был уведен 9-летний сын казачьего вахмистра Шильникова Петр. Хунхузы потребовали 50 000 руб, 15 винтовок, 15 000 патронов к ним, 3 револьвера с 2 000 патронами и 50 пар сапог. Однако китайские власти (в частности генерал Чжан) выступили против любых переговоров с бандитами и выплаты им выкупа. В результате, голова мальчика была подкинута к российской станице Гродековской 20 .

Еще одним видом деятельности хунхузов стала кража скота. Ст. 10 Пекинского договора обязывала российскую и китайскую стороны выплатить полную компенсацию пострадавшим в результате угона скота через границу. Тем не менее эта статья слабо выполнялась на практике. Российские власти часто требовали у китайских выплатить деньги пострадавшим. Но цинские чиновники в Урге не возмещали ущерб 21 . Ситуация с похищением скота достигла такой остроты, что при подписании Санкт-Петербургского договора в 1881 г. в ст. XVII была зафиксирована ответственность подданных обеих империй за кражу и угон скота 22 .

Однако на практике борьбой с кражей скота занимались не полицейские структуры, а жители пограничной зоны. Так, 20 января 1902 г. приказом по войскам Иркутского военного округа за N 29 была объявлена благодарность казакам Абагатуевской станицы. 3 декабря 1901 г. с русской территории было угнано стадо баранов. Командир 4-й конной сотни 1-го Аргунского полка Забайкальского казачьего войска сотник Мадчавариани с 15 казаками настиг похитителей и отбил скот. У хунхузов было изъято 5 винтовок 23 .

Борьбу с хунхузничеством осложняло то, что бандиты осуществляли свои преступления с территории, находящейся в труднодоступной Уссурийской тайге. Так в начале XX в. банда в 80 хунхузов действовала в долине реки Мохэ. Бежавший из плена китайский солдат сообщил российским властям о готовящемся бандитском нападении на Амазар, а также о находящихся в Мохэ в заточении трех русских подданных. Для проведения военной операции против хунхузов была отряжена из Благовещенска в Игнашино канонерская лодка. Однако командование, опасаясь засады, запретило высадку десанта 24 .

Трудности в борьбе с китайским бандитизмом возникали не только из-за географических условий края. Как отмечал в своем докладе от 3 декабря 1915 г. полицмейстеру г. Читы начальник сыскного отделения, борьба с китайскими преступниками тяжела и часто невозможна из-за низких моральных качеств китайских агентов полиции, которые использовали свое положение для вымогательства денег у соотечественников 25 . Не имея возможности вербовать в китайской среде надежных постоянных агентов (поскольку они были двойными агентами или раскрывались и уничтожались китайскими преступниками), военный губернатор Забайкальской области 8 марта 1910 г. приказал полицейским чинам в исполнение циркуляра Департамента полиции от И октября 1909 г. вести дела арестованных иностранцев (китайцев) с фотографированием и описанием примет по антропологической системе Бертильона 26 .

Возникали постоянные трудности в оперативной работе из-за халатного отношения к делу некоторых сотрудников полиции. Так, в приказе по Читинской городской

стр. 142


полиции от 20 марта 1916 г. отмечалось, что билеты на жительство выдавались китайцам и корейцам без обозначения роста, года рождения, особых примет владельца, на корешках билета отсутствовали подписи их владельцев и человека выдавшего документ 27 . Однако указанные недочеты в деятельности полиции не были устранены. 16 декабря 1916 г. полицмейстер г. Читы доносил военному губернатору Забайкальской области, что в большинстве мест нет фотографов и регистрация китайцев во всех пунктах Забайкальской области "едва ли будет возможна" 28 .

Отсутствие сети агентов и слабая техническая оснащенность, таким образом, не позволяли полиции принимать адекватные меры в отношении китайского бандитизма. Российские чиновники могли действовать лишь грубой силой, на которую бандиты отвечали тем же.

В 1911 г. в пограничных районах бандитами было совершено 22 убийства 29 . За период с1912по!914г. китайцами было совершено 98 грабежей и 82 убийства 30 . Лишь треть совершенных китайцами уголовных преступлений была расследована и доведена до суда. Из 72 дел по китайскому бандитизму за 1911 г. окончились судебной конфирмацией только 21 31 .

Хунхузы успешно действовали не только потому, что российский суд не всегда мог установить состав преступления. Опасаясь мести, некоторые китайские и российские фирмы финансировали преступную деятельность 32 . Консульство в Харбине 8 июля 1910 г. сообщало в МИД России, что китайские солдаты часто жалуются, что их обувь не позволяет преследовать в тайге хунхузов, которые почти все ходят в сапогах, поставляемых им русскими концессионерами 33 . Практически все китайские и корейские шаланды, ходившие между Владивостоком и китайскими портами, были обложены данью. Многие китайские фирмы Приамурского края, боясь расправы, выплачивали им дань. Хунхузы взимали деньги с проезжающих по дорогам китайцев и корейцев 34 . 4 июня 1910 г. хунхузы сожгли контору российского коммерсанта Скидельского, который отказывался платить им деньги. Были уничтожены железнодорожный мост, телеграфные столбы и склады КВЖД; общий ущерб оценивался в 175 тыс. руб. 35 12 июня 1913 г. шайка хунхузов предъявила управляющему русской концессией, которая находилась в приграничной зоне Китая, требование об уплате 10 000 руб., грозя поджечь факторию. Требование было выполнено 36 .

Рост бандитизма в приграничной зоне заставил российские и китайские власти пойти навстречу друг другу. Российский консул в Харбине подписал в 1909 г. с даотаем Юйем соглашение, предоставляющее китайским воинским командам право расстреливать русских разбойников, а российским - китайских 37 . Тем не менее, несмотря на все меры силового характера, с китайским бандитизмом справиться не удалось. Так, согласно данным разведки Заамурского отдельного корпуса пограничной стражи, в китайском приграничье находилось в ноябре 1911г. более 200 хунхузов 38 .24 июня 1912г. хунхузы убили охотника Каменева, а 30 июня 1912 г. пропал без вести штатный полковой переводчик 6-го пехотного полка Владимир Сафонов, отправившийся на разведку 39 .

Чиновники МИДа России в январе 1913 г. с тревогой отмечали рост хунхузничества в Северной Маньчжурии и подчеркивали, что современные хунхузы не просто являются уголовными элементами, но и поддерживаются политической пропагандой врагов России, и что, в частности, китайские власти, недовольные влиянием России в Монголии, настраивают хунхузов против русских 40 . Разведка Штаба Приамурского округа в донесении от 16 февраля 1913г. отмечала, что "в последнее время наблюдается усиление деятельности хунхузов".

Причинами роста хунхузничества накануне Первой мировой войны были также истощение промыслов, наводнение, которое разорило в приграничной зоне китайские хозяйства, появление новоселов без семей и хозяйства. В результате пауперизации китайского населения в приграничной зоне общая численность хунхузов достигла в

стр. 143


1912 г. 1000 человек 41 . Предводителем одной из крупных шаек был Тянь Бянинь, бывший китайский офицер. Он ввел строгую дисциплину в своем отряде. За самовольные грабежи и насилия он наказывал смертной казнью. В помощниках у главаря ходили предводители мелких шаек - Та Инунэр, Цзя Тиар, Сун Бао, Хо Чжончан, Ха Цазо. При набеге на то или иное селение шайки объединялись. Главным же источником их доходов был рэкет. Они обложили данью китайских купцов, вывозящих в Россию хлеб.

В декабре 1912 г. против этой банды действовал отряд штабс-ротмистра Мосуицкого. 14 декабря отряд встретился с основными силами хунхузов в местечке Ахатунь. Один русский солдат был убит. Китайцы тоже потеряли одного человека. Затем хунхузы перешли на территорию Китайской республики и разгромили отряд правительственных войск, потерявший 17 солдат убитыми и 24 ранеными. 17 декабря 1912 г. хунхузы Тянь Бяниня взяли в районе деревни Чандинхань в заложники богатого торговца зерном 42 . 1 января 1913 г. три сотни 5-го конного полка под командованием подполковника Вестермакра, вооруженные орудиями и пулеметами, стали преследовать бандитов. Русский отряд вступил на китайскую территорию и 6 января 1913 г., соединившись с местными правительственными силами численностью в 20 солдат и офицера, двинулся против хунхузов. В деревне Цуйдага русско-китайский отряд настиг разбойников и разгромил их при помощи артиллерии 43 .

Однако вскоре появились новые банды. Как сообщал министр торговли и промышленности в письме от 7.02.1913 г. в 1-й департамент МИДа, хунхузы в окрестностях Владивостока нападают на китайских торговцев сельскохозяйственной продукцией и отбирают у них имущество. Корреспонденция, поступавшая во Владивосток из Маньжурии, неоднократно приходила в изорванных пакетах: хунхузы проникали на пароходы и вскрывали почту, надеясь обнаружить в конвертах деньги 44 . По сообщению российского источника, китайские власти в отношении хунхузов в то постреволюционное (в Китае в 1911 г. произошла Синьхайская революция, завершившаяся свержением монархии) время держались "крайне безучастно, ... и в действиях их проглядывался страх" 45 . В этих условиях уровень китайской преступности в регионе вырос до такой степени, что 9 апреля 1913 г. Межведомственная российская комиссия постановила запретить иностранцам селиться в районе Амурской железной дороги 46 .

Деятельность хунхузов облегчалась тем, что, начиная с русско-японской войны 1904 - 1905 гг. японская разведка поддерживала тесные контакты с главарями шаек хунхузов. Отряды хунхузов даже провели ряд диверсий в тылу русской армии в Маньчжурии. Так, они уничтожили один из русских разъездов у Хайлучена 47 . Связь японских специальных служб и хунхузничества заставила российские власти обратить самое пристальное внимание на ведение внешней и внутренней разведки. Русской разведке удалось выяснить, что японцы поддерживают связь с хунхузскими главарями из своих разведцентров в северовосточном Китае - Хуньчуне и Хайчане. Целью японской разведки было устройство диверсий на границе, чтобы осложнить русско-китайские отношения 48 . В японском Генеральном штабе даже появилась должность офицера по связям с хунхузами Маньчжурии. Японские власти взяли на себя вооружение и обучение некоторых китайских шаек 49 .

Проблема хунхузничества актуализировалась в годы Первой мировой войны. В начале августа 1914 г. по линии МВД в Петроград с Дальнего Востока поступила циркулярная записка от 28 июля 1914 г. "Об отношении во время европейской войны к Китаю и проживающим в России китайцам". В ней сообщалась, что немцы и японцы используют китайцев для организации разведки в России 50 . 7 ноября 1914г. Амурское жандармское управление доносило Приамурскому генерал-губернатору, что "приняты меры к проверке контрразведывательных сведений путем установления должного надзора за китайцами и приобретения агентуры".

Основным средством борьбы с азиатским шпионажем стало использование противоречий в китайской общине. Иностранцы, используемые для сбора сведений, как пра-

стр. 144


вило, участвовали в контрабандной торговле. Поэтому они, стремясь ликвидировать конкурентов или сохранить видимость политической лояльности, анонимно снабжали правоохранительные органы соответствующей информацией 51 . Благодаря им были получены сведения, что немецкие дипломаты организовали в Маньчжурии из хунхузов Общество нерушимой охраны - Гунвэй Туан. Центром его стал Мукден. В 1915 г. Общество выплатило китайским агентам от 10 до 30 тыс. марок за сожжение моста и интендантского склада на русской территории. Предлагалось 5 000 марок за жизнь русского генерала и 400 марок за сведения о русских и японских войсках. Командовал китайско-корейскими наемниками немецкий разведчик Вернер фон Папенгейм 52 .

9 и 11 декабря 1914г., заведующий Хабаровским отделением контрразведки телеграфировал, что им получены сведения о формировании по распоряжению германского правительства хунхузских шаек для освобождения немецких военнопленных в селах Никольское, Спасское, Иман, Раздольное, а также городе Благовещенск 53 . В 1915 г. с помощью китайских агентов из российских пределов в Китай бежали семь немецких офицеров. Ранее, в 1914 г., из Иркутского генерал-губернаторства в Китай при содействии хунхузов бежали три австрийских офицера 54 . 17 января 1915 г. в Тяньцзин прибыли пять австрийских военнопленных в китайской одежде и с китайскими сопровождающими 55 . Лишь 2 марта 1916г. российский посланник в Пекине сообщил Иркутскому генерал-губернатору, что им с помощью местного источника установлены личности китайцев, которые способствовали в Восточной Сибири побегам австро-германских военнопленных. Благодаря полученным из Китая сведениям, военная контрразведка и жандармско- полицейское управление выявили и арестовали в Харбине четырех, на станции Маньчжурия - трех, Благовещенске - пятерых хунхузов. Из пяти китайцев, арестованных в Иркутске, двое были шаньдунцами, свободно говорившими по- русски 56 .

Развитию китайского бандитизма в зоне русско-китайской границы способствовали:

1) социально-экономические проблемы в среде китайских мигрантов, из состава которых формировались отряды хунхузов;

2) труднопроходимая для российских войск местность, не позволявшая им до конца преследовать бандитов;

3) финансовая поддержка хунхузничества иностранными (японскими и германскими) разведками;

4) готовность местных предпринимателей финансировать преступную деятельность бандитских групп;

5) неспособность российских властей наладить оперативно-розыскную работу в китайском преступном мире. Отсутствие профессиональных агентов и слабая техническая оснащенность не позволяли полиции принимать адекватные меры в отношении китайского бандитизма. Российские чиновники осуществляли только силовые акции, которые не ликвидировали систему, порождавшую особо тяжкие преступления в районе границы;

6) дестабилизация политической обстановки в Китае в начале XX в., которая привела к параличу китайских правоохранительных органов. Последние не смогли оказывать эффективную помощь российским службам в борьбе с китайскими преступными элементами в зоне русско-китайской границы.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Государственный архив Иркутской области (далее - ГАИО). Ф. 24. Оп. 11/3. Д. 19.

2 Соловьев Ф. В. Китайское отходничество на Дальнем Востоке России в эпоху капитализма (1861 - 1917). М., 1989. С. 73.

3 Сухачева Г. Л. Обитатели "Миллионки" и другие. Деятельность китайских обществ во Владивостоке в конце XIX - нач. XX в. // Россия и АТР. 1993. N 1. С. 62 - 63.

стр. 145


4 Государственный архив Читинской области (далее - ГАЧО). Ф. 26. Оп. 2. Д. 12. Л. 1.

5 Там же. Оп. 1. Д. 521. Л. 71.

6 Граве В. В. Китайцы, корейцы и японцы в Приамурье. СПб., 1912. С. 236 - 237.

7 Там же. Прилож. N 41.

8 ГАИО. Ф. 25. Оп. И. Д. 38. Л. 16.

9 Там же. Ф. 24. Оп. 11/3. Д. 169. Л. 1 - 3, 77 - 78.

10 Там же. Д. 9. Л. 1 - 2,6.

11 Архив внешней политики Российской империи (далее - АВПРИ). Ф. Тихоокеанский стол. Оп. 487. Д. 1079. Л. 10 - 15.

12 Там же. Д. 1085. Л. 9.

13 АВПРИ. Ф. Китайский стол (1909 - 1914). Оп. 491. Д. 1371. Л. 481.

14 Соловьев Ф. В. Указ. соч. С. 87 - 88.

15 ГАИО. Ф. 24. Оп. 11/2. Д. 104. Л. 1.

16 АВПРИ. Ф. Чиновник по дипломатической части при Приамурском генерал-губернаторе. Оп. 579. 1881 - 1883. Д. 313. Л. 58, 58 об.

17 Крюков Н. А. Промышленность и торговля Приморского края. Нижний Новгород, 1896. С. 41 - 44.

18 АВПРИ. Ф. Чиновник по дипломатической части при Приамурском генерал-губернаторе. Оп. 579. 1881 - 1883. Д. 313. Л. 3 - 3 об.

19 Панов В. А. Дальневосточное положение. Владивосток, 1912. С. 2.

20 АВПРИ. Ф. Китайский стол. (1899 - 1913). Оп. 491. Д. 1002. Л. 63, 73.

21 ГАИО. Ф. 24. Оп. 11/2. Д. 19. Л. 23.

22 Прохоров А. К вопросу о русско-китайской границе. М., 1975. С. 161.

23 Российский государственный военно-исторический архив (далее - РГВИА). Ф. 2000. Оп. 1. Т. 3. Д. 4191. Л. 18.

24 Там же. Л. 15.

25 ГАЧО. Ф. 26. Оп. 2. Д. 29. Л. 138.

26 Там же. Д. 12. Л. 1.

27 Там же. Д. 30. Л. 37.

28 Там же.

29 Там же.

30 АВПРИ. Ф. Тихоокеанский стол. Оп. 487 (1911 - 1914). Д. 756. Л. 63 - 74.

31 ГАЧО. Ф. 26. Оп. 2. Д. 29. Л. 55 - 62.

32 АВПРИ. Ф. Китайский стол (1899 - 1913). Оп. 491. Д. 1002. Л. 48, 60.

33 Там же. Л. 104.

34 Там же. Д. 1003. Л. 16.

35 Там же. Л. 86.

36 РГВИА. Ф. 2000. Оп. 1. Т. 3. Д. 4209. Л. 2 - 4.

37 АВПРИ. Ф. Китайский стол. (1899 - 1913). Оп. 491. Д. 1002. Л. 79.

38 РГВИА. Ф. 2000. Оп. 1. Т. 3. Д. 4193. Л. 2 - 4, 6, 17.

39 Там же. Д. 4209. Л. 24.

40 АВПРИ. Ф. Китайский стол. (1899 - 1913). Оп. 491. Д. 1002. Л. 171 - 172.

41 РГВИА. Ф. 2000. Оп. 1. Т. 3. Д. 4191. Л. 37.

42 Там же.

43 Там же. Л. 37 об.

44 АВПРИ. Ф. Китайский стол. (1899 - 1913). Оп. 491. Д. 1002. Л. 174.

45 Там же. Л. 175,183.

46 Там же. Ф. Тихоокеанский стол. Оп. 487. Д. 1055. Л. 154.

47 РГВИА. Ф. 2000. Оп. 1. Т. 3. Д. 4125. Л. 28.

48 Там же. Т. 5. Д. 7020. Л. 139; 146.

49 АВПРИ. Ф. Китайский стол. Оп. 491. Д. 1002. Л. 183 об.

50 ГАИО. Ф. 25. Оп. 11. Д. 92. Л. 2.

51 Там же. Д. 112. Л. 61,77.

52 Греков Н. В. Русская контрразведка в 1905 - 1917 гг.: Шпиономания и реальные проблемы. М., 2000. С.289 - 298.

53 ГАИО. Ф. 25. Оп. И. Д. 112. Л. 19.

54 Там же. Д. 12. Л. 237.

55 Там же. Л. 68 - 69.

56 Там же. Л. 50 - 51.


© biblio.kz

Permanent link to this publication:

https://biblio.kz/m/articles/view/УГОЛОВНАЯ-ПРЕСТУПНОСТЬ-АЗИАТСКИХ-МИГРАНТОВ-НА-РОССИЙСКОМ-ДАЛЬНЕМ-ВОСТОКЕ-И-В-ВОСТОЧНОЙ-СИБИРИ-1856-1917

Similar publications: LKazakhstan LWorld Y G


Publisher:

Alibek KasymovContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblio.kz/Alibek

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

В. В. СИНИЧЕНКО, УГОЛОВНАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ АЗИАТСКИХ МИГРАНТОВ НА РОССИЙСКОМ ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ И В ВОСТОЧНОЙ СИБИРИ (1856-1917) // Astana: Digital Library of Kazakhstan (BIBLIO.KZ). Updated: 26.06.2024. URL: https://biblio.kz/m/articles/view/УГОЛОВНАЯ-ПРЕСТУПНОСТЬ-АЗИАТСКИХ-МИГРАНТОВ-НА-РОССИЙСКОМ-ДАЛЬНЕМ-ВОСТОКЕ-И-В-ВОСТОЧНОЙ-СИБИРИ-1856-1917 (date of access: 25.07.2024).

Publication author(s) - В. В. СИНИЧЕНКО:

В. В. СИНИЧЕНКО → other publications, search: Libmonster KazakhstanLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Alibek Kasymov
Astana, Kazakhstan
58 views rating
26.06.2024 (29 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
ТОЛКОВЫЙ СЛОВАРЬ РОССИЙСКИХ ФАМИЛИИ
13 minutes ago · From Alibek Kasymov
"РУССКАЯ ГРАММАТИКА" ГЕНРИХА ВИЛЬГЕЛЬМА ЛУДОЛЬФА
33 minutes ago · From Alibek Kasymov
"MY FRIEND ARKADY, DON'T SPEAK BEAUTIFULLY..." About lexical errors in modern public speech
3 hours ago · From Alibek Kasymov
ON THE OCCASION OF THE 80TH ANNIVERSARY OF SERGEI KONSTANTINOVICH ROSHCHIN
5 days ago · From Alibek Kasymov
И. Д. ЗВЯГЕЛЬСКАЯ. СТАНОВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ
5 days ago · From Alibek Kasymov
НОВАЯ МЕТОДИКА ИССЛЕДОВАНИЯ РОСПИСИ И СРЕДНЕВЕКОВЫХ АРАБСКИХ ТЕКСТОВ, СОДЕРЖАЩИХ ХАДИСЫ
5 days ago · From Alibek Kasymov
ТУРКОЛОГИЧЕСКИЕ И ОСМАНИСТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ. ДОКУМЕНТЫ ПО ИСТОРИИ ВОЛГО-УРАЛЬСКОГО РЕГИОНА XVI-XIX ВЕКОВ ИЗ ДРЕВЛЕХРАНИЛИЩ ТУРЦИИ
7 days ago · From Alibek Kasymov

New publications:

Popular with readers:

News from other countries:

BIBLIO.KZ - Digital Library of Kazakhstan

Create your author's collection of articles, books, author's works, biographies, photographic documents, files. Save forever your author's legacy in digital form. Click here to register as an author.
Library Partners

УГОЛОВНАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ АЗИАТСКИХ МИГРАНТОВ НА РОССИЙСКОМ ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ И В ВОСТОЧНОЙ СИБИРИ (1856-1917)
 

Editorial Contacts
Chat for Authors: KZ LIVE: We are in social networks:

About · News · For Advertisers

Digital Library of Kazakhstan ® All rights reserved.
2017-2024, BIBLIO.KZ is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Kazakhstan


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of affiliates, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. Once you register, you have more than 100 tools at your disposal to build your own author collection. It's free: it was, it is, and it always will be.

Download app for Android