Libmonster ID: KZ-2469

Тезис о возможности столкновения цивилизаций в силу различия их культур, выдвинутый британским историком А. Тойнби и затем вновь сформулированный американским политологом и государственным деятелем С. Хантингтоном, в силу одностороннего и достаточно тенденциозного освещения в СМИ и научных публикациях трансформируется в массовом сознании в якобы неизбежный и уже происходящий конфликт между христианством и исламом. Причем мусульманская религия зачастую трактуется как изначально агрессивная и обскурантистская. В данной работе на основе анализа глубинных причин возникновения исламизма и социально-политической ситуации в таких арабских странах, как Алжир, Тунис и Египет, где исламизм проявил себя наиболее активно, мы попытаемся определить, существует ли в реальности конфликт между христианской и исламской цивилизациями как антагонизм различных культур и ценностных ориентиров или это некое виртуальное и искаженное представление.

Тезис о возможном конфликте цивилизаций был выдвинут британским историком А. Тойнби в конце 40-х гг. XX столетия. Тем не менее многими из тех, кто его цитирует, упускается из виду, что в той же работе А. Тойнби указывал на "единый великий опыт всего человечества", который должен привести его в "единое сообщество", и это "единство человечества будет восприниматься как одно из фундаментальных условий человеческой жизни - как бы часть природного миропорядка" [Тойнби, 1995, с. 130].

Затем с утверждением о столкновении цивилизаций в силу различия их культур как "доминирующем факторе мировой политики" [Huntington, 1993, р. 22] выступил в 1993 г. американский социолог и политик С. Хантингтон в работе "The Clash of Civilizations?". После террористических актов в США в сентябре 2001 г., в Мадриде в 2004 г. и в Лондоне в 2005 г. этот тезис появляется в СМИ, публицистических и даже научных зарубежных и отечественных публикациях, выступлениях политиков и, таким образом, трансформируется в массовом сознании в совершенно конкретную форму - как конфликт христианской и мусульманской цивилизаций. Причем некоторыми авторами сама исламская религия, представляющая собой основу мусульманской цивилизации, трактуется как изначально агрессивная, обскурантистская и не толерантная к другим вероисповеданиям (появился даже некий термин "исламо-фашизм"), в доказательство чего приводятся отдельные суры Корана1. Шведский исследователь Хольд Даун, в

1 В данной работе не ставится задача разбора сур Корана, опровергающих тезис "агрессивности" ислама. Приведем лишь одну из них - "Анкабут" ("Паук"), в которой говорится о толерантности к "людям Писания", то есть христианам и иудеям: "Не препирайтесь с людьми Писания, иначе как чем-нибудь лучшим и говорите: "Мы уверовали в то, что ниспослано нам и ниспослано Вам. И наш Бог, и ваш Бог един, и мы ему предаемся" (29:46). Более подробную аргументацию по этому вопросу можно найти в работе Тауфика Ибрагима "Вперед к кораническому исламу (опыт аутентичного прочтения Корана" [Восток (Oriens), 2006, N 3 - 6; 2007, N 3].

стр. 85

свою очередь, говорит о "склонности ислама к экспансии и абсолютизации своих ценностей", к чему склонны, впрочем (что подтверждает сам Х. Даун), и некоторые направления протестантизма.

Однако абсолютизация "исламских ценностей" не может объясняться догмами ислама как таковыми и скорее всего связана с менталитетом исповедующих ислам, а также со своеобразной защитной реакцией мусульман на усиление вестернизации. Наряду с этим необходимо отметить, что в священных книгах авраамических религий, т.е. в Торе, Библии и Коране, можно найти как призывы к борьбе с "иноверцами", так и высказывания о необходимости веротерпимости и толерантности. Что касается исламского фундаментализма и исламизма, а точнее, его экстремистского джихадистского течения, проповедующего джихад (священную войну) и прибегающего к террористическим акциям, то именно этот феномен воспринимается как столкновение ислама с христианством или, по крайней мере, как элементы такого столкновения.

В данной работе, не претендуя на всеобъемлющие ответы, мы попытаемся проанализировать на примере ситуации в арабо-мусульманском мире феномен исламизма, глубинные причины его возникновения и ответить на вопрос, происходит ли в реальности столкновение цивилизаций как конфликт различных культур, имеющих разные ценностные ориентиры, находящиеся в состоянии конфронтации, или это все-таки превратное представление.

Прежде всего необходимо определить понятийный аппарат. На наш взгляд, следует разделить дефиниции "исламский фундаментализм" и "исламизм". Исламский фундаментализм, или, если использовать более точное определение, предлагаемое известным отечественным арабистом В. В. Наумкиным, - салафизм (араб, салаф - праведный предок) [Наумкин, 2006, с. 7], представляет собой религиозное явление, означающее обращение к истокам ислама и строгое соблюдение правил и норм, изложенных в Коране и Сунне, в повседневной жизни и общественной практике. Главной идеей исповедующих салафизм является постулат о том, что на протяжении веков в ислам вносились новшества (бид'а), которые зачастую искажали мусульманское учение. Для того чтобы возродить первоначальный "правильный" ислам, необходимо, согласно салафизму, обратиться к эпохе Пророка Мухаммада и четырех "праведных халифов" (аль-хулафа аррашидун) - Абу Бакра, У мара, Усмана и Али.

Исламизм, или политический ислам, т.е. использование ислама в политических целях, в отличие от салафизма, представляет собой в большей степени политическое явление. По определению видного российского востоковеда Р. Г. Ланды, политический ислам "есть определенная стадия социополитического развития мира ислама, последовавшая вслед за панисламизмом XIX в. и национализмом первой половины XX в." [Панда, 2006(1), с. 156]. Исламизм выражает идеологию движения, лозунгом которого является: "Ислам есть решение". Идеологи исламизма ратуют за сохранение "исламских ценностей" как непременное условие развития мусульманского общества. Они видят свою стратегическую цель в создании основанного на "вечных и справедливых" законах Корана "исламского государства", в котором восторжествует "исламская социальная справедливость". В связи с этим необходимо отметить, что идея справедливого миропорядка, в достаточной степени отраженная в Коране2, присуща в определенной мере мусульманской традиции и закреплена во Всеобщей исламской декларации прав человека, принятой Организацией "Исламская конференция" (ОИК) в 1981 г. В ней, в частности, заявляется, что "любой человек не только имеет право, но и обязан протестовать против несправедливости" [цит. по: Жданов, 1991, с. 196]. Исламизм в более

2 Сура 4 "Ан-Ниса" ("Женщины"): О вы, которые уверовали! Будьте стойки в справедливости, свидетелями перед Аллахом, хотя бы и против самих себя, или родителей, или близких; будь то богатый или бедный (4:135). Здесь и далее перевод Корана дается по [см.: Коран, 1990].

стр. 86

широком смысле представляет собой направление в современной арабо-мусульманской общественной мысли. Оно отражает стремление определенной части общества сохранить свои исторические традиции, религию, культуру, т.е. национальную идентичность в условиях вызовов современного мира, прежде всего глобализации. Исламизм и исламский фундаментализм можно рассматривать как явления взаимосвязанные и коррелирующиеся.

История исламизма, или политического ислама, в современной его форме начинается с создания видным египетским мусульманским деятелем Хасаном аль-Банной (1902 - 1949) в 1928 г. в Египте ассоциации "Братья-мусульмане", которая на протяжении десятков лет была и остается активной политической силой в арабо-мусульманском мире. Работы известнейшего идеолога "Братьев-мусульман" Сейида Кутба (1906 - 1966) до сих пор цитируются в программных документах многих исламистских группировок. Современный подъем исламского фундаментализма - нахда исламийя ("исламское возрождение"), как его определяют исламистские лидеры, во многом был обусловлен двумя важными факторами. Первый - исламская революция в Иране (1979), свергнувшая проамериканский шахский режим, пытавшийся осуществить вестернизацию Ирана. Она явилась своеобразным импульсом для распространения и экспансии исламистской идеологии в мусульманском мире. Второй фактор - гражданская война в Афганистане (1979 - 1992), привлекшая тысячи мусульман со всего исламского мира, в том числе из арабских стран, в ряды муджахидов (борцов за веру), воевавших против афганского режима, созданного в результате государственного переворота 1978 г., стремившегося реализовать в стране социалистическую идею, и поддерживавших его советских войск. Впоследствии афганские наемники-муджахиды (арабы и выходцы из других мусульманских стран) составили ядро многих радикальных исламистских группировок как в арабских странах, так и в "горячих точках" по всему миру.

В 80-е гг. XX в., в период глобального противостояния двух военно-политических блоков, возглавляемых соответственно США и СССР, существенную роль в становлении радикального крыла исламистского движения сыграли также США и Саудовская Аравия. Эти государства, стремясь ослабить своего главного стратегического противника - СССР, оказывали по каналам своих спецслужб и различных исламских фондов всевозможную поддержку афганским муджахидам3. В последующем, на рубеже 80 - 90-х гг. XX в. после развала советского блока, происходит отказ многих арабских стран от ранее провозглашавшейся ими идеологии национализма с элементами социализма (национальный или исламский социализм) и социалистической ориентации. Это привело также к дискредитации и почти полному исчезновению левой идеологии (которая ранее пользовалась достаточным влиянием) на Арабском Востоке. В результате образовавшийся своеобразный идеологический вакуум стал заполняться различными исламистскими концепциями, отражавшими социальный протест неимущих слоев населения арабских стран, многие из которых переживали социально-экономический кризис.

В доктринальных концепциях исламистских идеологов можно выделить несколько основных тезисов.

Первый - исламские философские, моральные и этические принципы, изложенные в Коране и Сунне, являются универсальными для всех времен и народов. В этой связи сошлемся на известного египетского профессора Хусейна Муниса, который в работе "Религия и развитие арабской цивилизации" писал: "Ислам универсален по отношению к любому времени и месту, исламские доктрины, законы и этические нормы являются

3 В 1980-е гг. примерно 2 тыс. 300 зенитно-ракетных комплексов "Стингер" американского производства было направлено афганским муджахидам по каналам ЦРУ. Причем после окончания афганской войны муджахиды активно торговали оставшимися в их распоряжении "Стингерами"; так, больше ста "Стингеров", несмотря на противодействие американцев, были закуплены Ираном [Coll, 2004, р. 337].

стр. 87

мощным стимулом развития в любую эпоху" [цит. по: Долгов, 2000, с. 39]. Видный суданский идеолог, бывший генеральный секретарь суданской исламистской партии "Национальный конгресс" Хасан ат-Тураби, в свою очередь, заявлял, что "сторонникам традиционных исламских ценностей предстоит культурно обогатить остальной мир, которому они адресуют свое духовное богатство как непреходящую ценность" [цит. по: Поляков, 1999, с. 107].

Второй тезис заключается в том, что, по мнению исламистов, западное общество находится в состоянии моральной деградации и в духовном тупике. Так, основатель алжирского Исламского фронта спасения Аббаси Мадани в своей книге "Кризис современной мысли и оправдание исламского решения", в частности, писал, что "марксизм и либерализм, две основные западные идеологии, переживают глубокий кризис". Из этого делался вывод о "неизбежности и необходимости" создания "исламской альтернативы" общественного развития как закономерной ответной реакции мусульман на этот кризис. Аббаси Мадани утверждал, что "только ислам, ранее освободивший нас от колониализма, сегодня способен защитить нас от экспансии неоколониализма. Вечные ценности исламской цивилизации остаются для нас единственным щитом в этом противостоянии" [цит. по: Долгов, 2004, с. 55].

Третий тезис касается создания исламского государства на основе "вечных и справедливых" канонов ислама. О нем заявляли в той или иной форме все современные исламистские идеологи, в том числе вышеупоминавшиеся Аббаси Мадани и Хасан ат-Тураби, а также лидер тунисской исламистской партии "ан-Нахда" Рашид Ганнуши и нынешний руководитель египетских "Братьев-мусульман" Махди Акеф. Причем некоторые наиболее радикальные исламисты, как, например, Али Бенхадж (род. в 1956 г.), бывший заместитель Аббаси Мадани, председателя алжирского Исламского фронта спасения, считали создание исламского государства в одной арабской стране, в данном случае в Алжире, лишь этапом на пути достижения стратегической цели - "воссоздания исламского халифата, который должен стать духовной отчизной всех мусульман мира".

* * *

Современный исламизм представлен как умеренным, так и радикальным течением. Умеренный исламизм, к которому принадлежит большинство мусульман, исповедующих данную идеологию, отвергает практику политического террора и существует практически во всех арабских странах либо в форме легально действующих политических партий, либо в виде общественно-просветительских, благотворительных, правозащитных организаций, выступающих за сохранение и распространение мусульманских этических и моральных норм. Причем политические партии, стоящие на позициях исламизма, не декларируют в качестве своей политической цели создание исламского государства (использование религии в политических целях запрещено в конституциях всех арабских стран), но проповедуют сохранение "исламских ценностей" как непременного условия дальнейшего развития мусульманского общества. К радикальному (джихадистскому) исламизму относятся экстремистские группировки, провозглашающие джихад как единственный способ создания исламского государства. Лидеры их оправдывают террористические акции, в частности, против тех арабских режимов, которые, по их заявлениям, являются "тираническими и неверными", ссылками на суры Корана или на фетвы видных мусульманских деятелей, чаще всего Таки ад-Дин Ахмад Ибн Таймийи (1263 - 1328). И те и другие можно интерпретировать как разрешение джихада против тех правителей, которые "не судят по тому, что ниспослал Аллах" (сура "Аль-Маида" - "Трапеза", 5:49).

Однако практически во всех сурах Корана, санкционирующих вооруженный джихад (джихад меча), подчеркивается исключительно оборонительная его цель, т.е., как

стр. 88

оборона против внешней агрессии, совершенной против мусульман. Так, в суре "Аль-Хадж" говорится: "Тем, кто подвергался нападению, кто претерпевал притеснения, дозволено сражаться. Беззаконно изгнаны они из жилищ своих только за исповедание Аллаха единым господом их" (22:39 - 41)4.

Современные радикальные исламисты, или, по определению Р. Г. Ланды, "исламоэкстремисты" [Ланда, 2005], определяют своих противников как "ближнего врага", т.е. те политические режимы в мусульманских странах, которые, по мнению радикальных исламистских лидеров, предали забвению "подлинный, справедливый ислам" и стали марионетками в руках "дальнего врага", т.е. "мирового сионизма" и "новых крестоносцев", под которыми подразумевается Запад в целом и США в частности, ведущих, по утверждению идеологов джихада, войну против ислама и мусульман. Так, Бен Ладен в своем послании американскому народу (переданному телеканалом "Аль-Джазира"), полемизируя с президентом Дж. Бушем, обвинившим радикальных исламистов в том, что они ненавидят "нашу (американскую. - Б. Д.) свободу", заявил, что "мы люди, которые любят свободу, поэтому мы хотим освободить наши страны от вашего угнетения и поэтому мы боремся с вами" [Kepel, 2005, р. 101]. В то же время одно из направлений радикального исламизма, такфиристы (от арабск. такфир - обвинение в неверии), причисляет к "ближнему врагу" также умеренных исламистов и мусульман, сотрудничающих с "тираническими" режимами.

С начала 90-х гг. XX в. в исламистском движении начинает выдвигаться салафитское течение, наиболее экстремистской группировкой которого являлась "Аль-Каида", базировавшаяся в Афганистане и частично в Пакистане и возглавлявшаяся Усамой бен Ладеном5. Его мировоззрение как убежденного сторонника джихада сформировалось под влиянием видных исламистских деятелей Мухаммада Кутба и Абдаллы Аззама. Мухаммад Кутб был братом известнейшего идеолога радикального исламизма Сейида Кутба, который прошел через пытки в египетских застенках и был казнен по приговору египетского трибунала в 1966 г. Абдалла Аззам (1941 - 1989) - видный палестинский идеолог джихада, член палестинского отделения "Братьев-мусульман", участник арабо-израильской войны 1967 г. и один из активных руководителей и организаторов афганского джихада. Абдалла Аззам был идейным вдохновителем доктрины освобождения всех мусульманских земель, оккупированных, согласно его убеждениям, "неверными" от Палестины до Андалусии, включая области Бухары, Самарканда и Ташкента [Kepel, 2000, р. 146].

В начале афганской войны У. бен Ладен создал "Исламский фонд спасения", на счета которого поступали средства от многих состоятельных мусульманских, прежде всего саудовских и египетских, бизнесменов. В 1986 г. Бен Ладен приступил к организации тренировочных лагерей в Пакистане и Афганистане, через которые прошли тысячи наемников-муджахидов, среди которых был и небезызвестный Хаттаб, будущий полевой командир в Чечне, провозгласивший себя "эмиром арабских муджахидов на Кавказе". Финансирование и снабжение муджахидов всем необходимым для ведения боевых действий, включая современное вооружение, поступавшее по каналам американских спецслужб, проходило через "гуманитарные исламские фонды" (в основном саудовские), а рекрутирование наемников-муджахидов осуществлялось с помощью пакистанских и саудовских спецслужб при поддержке их американских коллег. Затем с 1988 г. Бен Ладен начал создавать свою организацию "Аль-Каида", основой для которой послужила информационная база данных (отсюда это название), включавшая материалы о полевых командирах муджахидов, проходивших через его тренировочные лагеря.

4 См. суры 22:39 - 41 и 2:190, подобранные Т. Ибрагимом: [Восток (Oriens), 2006, N 4, с. 73].

5 Подробнее об Усаме бен Ладене и его деятельности см.: [Макаров, 2001, с. 120 - 130].

стр. 89

После окончания афганской войны часть полевых командиров вернулась на родину или обосновалась не без помощи Бен Ладена в Европе или в США. Руководство "Аль-Каиды" продолжало поддерживать с ними связь и оказывать финансовую поддержку, в результате чего они могли продолжить джихад уже против новых врагов. В 90-е гг. XX в. радикальные исламистские лидеры поворачивают свое оружие в другую сторону. Если ранее главной задачей для них было свержение в Афганистане просоветского режима Наджибуллы и вытеснение советских войск, то, когда эта цель была достигнута, тысячи муджахидов оказались не у дел. Наряду с этим практически прекратилась их финансовая и иная поддержка со стороны созданных в период войны "исламских фондов" и США. Более того, там афганских муджахидов стали рассматривать как потенциальную угрозу, так как антиамериканизм всегда присутствовал в исламистском движении еще со времен исламской революции в Иране. Во время афганской войны антиамериканизм у исламистских лидеров отошел на второй план, но после победы муджахидов в Афганистане вновь стал выходить на авансцену. В свою очередь, исламистские боевики, называвшиеся в американских СМИ во время афганской войны "борцами за свободу" (freedomfighters), теперь стали характеризоваться как "мусульманские экстремисты и наркодельцы".

Вместе с тем в 90-е гг. XX в. происходит окончательный слом старой системы международных отношений с ее военно-стратегическим паритетом двух сверхдержав и главенства ООН и СБ ООН в решении международных проблем. На смену этой системе приходят доминирование одной сверхдержавы - США - и провозглашаемый ею принцип "соблюдения прав человека и демократических ценностей", определяемых все той же единственной сверхдержавой. Данный принцип оправдывает так называемую гуманитарную интервенцию под флагом "защиты прав человека" практически в любую страну мира и превалирует над признававшимся ранее правом каждой страны на отстаивание своего государственного суверенитета. Наряду с этим набирают силу процессы глобализации как в экономике, так и в гуманитарной области.

В мусульманском мире эти процессы ведут к дальнейшему социальному расслоению, в результате чего углубляется разрыв в доходах между обогащающейся властной элитой и примыкающим к ней сравнительно узким слоем общества, причастным к экспорту сырьевых ресурсов, и значительной частью населения, уровень жизни которого не повышается или растет очень медленно. Наряду с этим среди неимущих слоев общества усиливается процесс маргинализации [Ланда, 2006(2), с. 178]. В то же время глобализация сопровождается культурно-идеологическим и военным давлением Запада, в первую очередь США, на арабо-мусульманский мир, что воспринимается многими мусульманами как "война против ислама". На Ближнем Востоке Израиль, используя изменившееся соотношение сил в международных отношениях и поддержку своего главного союзника - США, пытается добиться победы в основном и самом длительном региональном конфликте - палестино-израильском, силовым путем. Для этого проводятся многочисленные военные акции на территории Палестинской национальной автономии с применением танков, авиации, артиллерии и т.д., во время которых гибнут сотни мирных граждан. Палестинское движение сопротивления, в свою очередь, используя шахидов-смертников, проводит серии террористических актов на территории Израиля, которые также приводят к многочисленным жертвам среди израильского мирного населения.

В такой социально-политической ситуации, сложившейся в арабо-мусульманском регионе к началу XXI в., лидеры радикальных исламистских группировок объявляют США своим главным противником и "врагом ислама". В феврале 1998 г. Бен Ладен издал фетву о создании "Всемирного исламского фронта против сионистов и крестоносцев". Фетву подписали Айман аз-Завахири и Рифаи Таха, руководители египетских радикальных исламистских группировок "Джихад" и "Исламские группы" (Джамаат ис-

стр. 90

ламийя), а также Мир Хамза, один из лидеров пакистанской организации "Общество пакистанских улама", и Фазлур Рахман, эмир группировки "Джихад", действующей в Бангладеш. В фетве заявлялось, что "долг каждого мусульманина - убивать американцев и их союзников, как военных так и гражданских, во всех странах, где это возможно" [www.fas.org/irp/world/para/docs/980223-fatwa.htm]. С этого момента экстремистские исламистские группировки совершили целую серию террористических актов, в том числе самый кровавый в новейшей истории 11 сентября 2001 г. в США.

В связи с этим обращает на себя внимание то, что террористические акции в США были совершены в разгар второй интифады (началась в 2000 г.), в то время, когда израильские войска пытались подавить протестные выступления палестинцев в Иерусалиме и на Западном берегу р. Иордан, в результате чего имелись жертвы среди палестинцев, в их числе и дети. Наверное, нельзя искать прямую причинно-следственную связь между этими столкновениями и террористическими актами в США. Тем не менее очевидно, что арабо-израильский конфликт и его ключевой вопрос - палестинская проблема, являются одним из главных раздражителей в отношениях между арабо-мусульманским миром и Западом, прежде всего США, оказывающими безусловную поддержку Израилю. Причем речь не идет о конфронтации между государствами. Из арабских стран только Сирия, часть территории которой (Голанские высоты) с 1967 г. оккупирована Израилем, находится в открытом противостоянии с ним. Бывшие союзники Сирии - Египет и Иордания после заключения с Израилем мирного договора проводят политику, во многом идущую в фарватере США. То же самое относится и к ливанской правящей верхушке, занимающей проамериканскую позицию, в то время как "Хизб Аллах", которая представляет собой не только вооруженную группировку, но и политическое движение, отражающее настроения значительной части ливанского общества, противостояла израильскому вторжению в Ливан летом 2006 г. В отличие от политической элиты у значительной части населения арабских стран, так называемой арабской улицы, усилились в последние годы, в том числе в силу действия вышеуказанных факторов, антизападные, прежде всего антиамериканские, настроения. Это используют в своих целях лидеры исламистского движения, существующего практически во всех арабских странах.

Далее мы попытаемся рассмотреть тенденции в исламистских движениях в нескольких арабских странах, а именно в Алжире, Тунисе и Египте, где исламизм оказал достаточно существенное влияние на их развитие.

* * *

В Алжире, где на волне демократизации общественно-политической жизни, проходившей в обстановке системного кризиса, который переживала страна, в начале 1990-х гг. сформировалось и превратилось в наиболее влиятельную политическую силу самое массовое в арабском мире исламистское движение6 - Исламский фронт спасения (ИФС). Приход к власти исламистов после того, как на парламентских выборах за ИФС проголосовали около 50% избирателей, предотвратила армия, традиционно занимавшая доминирующее положение в алжирском обществе. Это, в свою очередь, привело к радикализации исламистского движения, которое развязало многолетнее вооруженное противостояние с властями, продолжавшееся в своей активной форме с 1992 по 1999 г., стоившее Алжиру более 150 тысяч жизней и поставившее страну на грань гражданской войны. Тем не менее руководству страны удалось подавить радикальный исламизм, провозгласив политику восстановления гражданского согласия в обществе, продолжить демократические преобразования и довольно успешно развивать экономику, которая имеет одни из лучших показателей (согласно данным МВФ) среди арабских стран (на 2003 г. рост ВВП - 6.8%, валютные резервы - 34 млрд. ам. дол., прямые иностранные инвестиции - 2.3 млрд. ам. дол.). В

6 Согласно заявлениям председателя алжирского Исламского фронта спасения (ИФС) Аббаси Мадани, в начале 90-х гг. XX в. в рядах ИФС состояло около 3 млн. алжирцев [Jeune Afrique, 1999, p. 36].

стр. 91

начале XXI в. Алжир достаточно уверенно проводит курс на то, чтобы стать региональным "центром силы" в Магрибе.

В мае 2004 г. президент Алжира Абд аль-Азиз Бутефлика (переизбранный в апреле 2004 г. на второй срок) представил правительству проект программы экономического, социального и политического развития Алжира на период с 2005 по 2009 г. (срок окончания президентского мандата Бутефлики), одной из стратегических целей которой объявлялось "полное восстановление гражданского согласия в обществе и построение сильного, демократического, правового государства, стоящего на страже интересов гражданина и общества в целом" [Le Projet de programme..., 2004]. Утвержденная парламентом программа предполагает дальнейшее развитие алжирской экономики во всех областях, включая космическую и ядерную (первый алжирский искусственный спутник Alsat-1 был выведен на орбиту российской ракетой-носителем в 2002 г., а работы на экспериментальном алжирском ядерном реакторе мощностью в 15 МВт. продолжаются с 1993 г.).

Программа предусматривает подъем уровня жизни населения, который остается достаточно низким - треть его имеет доход ниже официального уровня бедности и, согласно отчету комиссии ООН по кооперации и развитию, за последнее десятилетие (1992 - 2002) в Алжире наблюдается "негативная динамика индексов бедности, в то время как в первые два десятилетия после завоевания независимости Алжиром эта динамика была постоянно положительной" [Jeune Afrique, 2003, p. 173]. Достаточно острой социальной проблемой Алжира остается безработица, в среднем по стране - 17 - 23% (данные за 2003 г.), а среди молодежи до 25 лет - до 50%, а также жилищный кризис (нехватка жилья составляет 1.3 млн. единиц жилищ). Тем не менее в качестве положительной тенденции можно отметить создание в последние годы около 500 тыс. новых рабочих мест и планирующийся ввод в строй, согласно президентской Дополнительной программе, к 2009 г. более 1 млн. единиц жилья [Аль-барнамадж..., 2005, с. 10], что фактически, в случае успешной реализации, решит жилищную проблему в Алжире. Правительство намеревается также ускорить претворение в жизнь "Национальной хартии по соблюдению прав человека", принятой парламентом в 2003 г. Наряду с реформированием системы образования, включающим в себя введение изучения иностранных языков в младших классах, признается роль арабского языка "в качестве главного вектора" культурно-образовательной политики государства. В то же время подтверждается значение берберской культуры, в том числе берберского языка (берберы - коренные жители Алжира, проживавшие на его территории до его завоевания арабами в VII-VIII вв., составляют сейчас более 20% населения Алжира), как неотъемлемой части алжирской национальной идентичности.

Важным направлением правительственной политики является продолжение начатого в 2002 г. трехстороннего диалога между правительством, профсоюзами и предпринимателями, направленного на достижение консенсуса в обществе и решение возникающих в ходе проводящейся приватизации проблем (закрытие предприятий-банкротов, приводящее к сокращению рабочих мест и в то же время необходимость сохранения социальной защищенности наемных работников) и предотвращение роста социальной напряженности. В связи с этим необходимо отметить, что именно значительное снижение уровня жизни большого числа алжирцев и вызванный им социальный протест стали главными катализаторами подъема исламистского движения в Алжире в начале 1990-х гг. Дальнейшим шагом в восстановлении гражданского согласия стало одобрение в сентябре 2005 г. в ходе общенационального референдума "Хартии за мир и национальное примирение", в которой намечены конкретные меры7 по преодолению последствий многолетнего вооруженного противостояния исламистской радикальной оппозиции с властями.

Умеренный исламизм продолжает играть достаточно значительную роль в общественно-политической жизни страны. Из десяти политических партий, представленных в Национальной народной ассамблее (нижней палате алжирского парламента), три стоят на позициях умеренного исламизма. Причем две из них - Харакат аль-муджтамаа ли-с-сильм ("Движение общества за мир"), имеющее 38 депутатских мест из общего их числа в 389, и Нахда ("Возрождение"), обладающее только одним местом, входят в правительственную коалицию и полностью поддерживают президентский курс. Более того, в нынешнем алжирском правительстве три министра явля-

7 "Хартия за мир и национальное примирение" предполагает прекращение уголовного преследования исламистских боевиков, добровольно сдавшихся властям после 13 января 2000 г., даты вступления в силу Закона о восстановлении гражданского согласия [www.algerianembassy 29.09.2005].

стр. 92

ются членами партии "Движение общества за мир" (ДОМ), причем двое из них занимаются достаточно ответственной работой - реализацией проектов в рамках президентской Программы и ведением переговоров по вступлению Алжира в ВТО. Третья исламистская партия Харакат аль-ислах аль-ватаний ("Движение за национальную реформу"), имеющая 43 места в парламенте, выступает против правительственного курса, направленного на широкомасштабную приватизацию. "Движение за национальную реформу" (ДНР) ратует в защиту "мусульманских морально-этических норм", требует проведения социально ориентированной политики и усиления борьбы с коррупцией и преступностью. Руководитель ДНР Абдалла Джабалла (род. в 1956 г.) известен в Алжире как один из идеологов умеренного исламизма еще с 80-х гг. XX в. В настоящее время он является самым популярным и влиятельным лидером легальной исламистской оппозиции. Он участвовал в качестве претендента на президентский пост в выборах в апреле 2004 г. и занял третье место после Бутефлики и Али Бенфлиса (всего в избирательной кампании участвовало 6 претендентов), получив 4.8% голосов избирателей.

В Алжире действуют также исламистские организации, не имеющие статус политической партии, но тем не менее играющие довольно значительную роль в общественно-политической жизни страны. Это прежде всего такие объединения, как "Аль-Вафа" ("Верность") и бывший Исламский фронт спасения (ИФС). "Аль-Вафа", которую власти отказались зарегистрировать как политическую партию по причине нахождения в ее рядах многих бывших руководителей ИФС, тем не менее активно участвовала в муниципальных и парламентских выборах, выставляя своих кандидатов в качестве независимых. Руководитель "Вафа" - Ахмед Талеб Ибрагими, известный в прошлом государственный и политический деятель, активный поборник политики "арабизации", пытался участвовать в президентской кампании 2004 г., но не сумел пройти все предусмотренные законом юридические формальности. Большинство бывших лидеров ИФС отказались от джихадистской концепции, перешли на позиции умеренного исламизма и пытаются добиться отмены судебного решения (принятого в 1992 г.) о роспуске ИФС и запрета его политической деятельности для того, чтобы вновь выйти на политическую арену Алжира. Однако власти подтвердили этот запрет, в частности в отношении Али Бенхаджа, бывшего заместителя председателя ИФС, который после 12-летнего заключения (он вышел на свободу в 2003 г.) и пяти лет запрета заниматься политической деятельностью собирался снова войти в политическую жизнь (он был вновь арестован в июле 2005 г., но тем не менее освобожден в марте 2006 г.).

Радикальный исламизм представлен в Алжире в основном двумя экстремистскими исламистскими группировками - "Салафитской группой для проповеди и борьбы" (Джамаа салафийа лид-даава ва ль-кыталь) и "Вооруженными исламскими группами" (Джамаат исламийа мусалляха), насчитывающими, по разным оценкам, в своих рядах от 650 до 1 тыс. боевиков [Jeune Afrique/L'Intelligent, 2003, p. 54]. Наиболее боеспособной и многочисленной является "Салафитская группа", возглавляемая "национальным эмиром" (полевым командиром) Абд аль-Ваххабом Друкделем и базирующаяся в основном в районе горного массива Большой Кабилии (примерно в 300 км к востоку от столицы г. Алжира). По данным американских экспертов, "Салафитская группа для проповеди и борьбы" (СГПБ) входит в созданный Бен Ладеном "Всемирный исламский фронт", поддерживает связи с "Аль-Каидой" и марокканской вооруженной исламистской группировкой "Салафитский джихад" (Салафийя джихадийя). Наиболее громкой террористической акцией СГПБ8 в последнее время стало нападение 7 апреля 2006 г. на автоколонну, перевозившую алжирских таможенников на юго-востоке Алжира (700 км к югу от г. Алжир), в результате которой погибли 13 человек [Jeune Afrique/L'Intelligent, 2006, p. 83], а также взрывы заминированных автомашин в г. Алжир 11 апреля 2007 г., повлекшие гибель 30 человек.

Тем не менее можно констатировать, что нынешняя внутриполитическая ситуация в Алжире значительно стабилизировалась по сравнению с периодом 1990-х гг., когда целые районы страны находились под контролем вооруженной исламистской оппозиции. В настоящее время "исламо-экстремисты", число которых значительно сократилось, могут проводить лишь отдельные террористические акции. Алжирскому руководству удалось, с одной стороны, подавить очаги радикального фундаментализма, с другой - интегрировать часть умеренных исламистов в государственно-политическую систему страны.

8 С сентября 2006 г. СГПБ официально вступила в "Аль-Каиду" и с этого времени называется "Аль-Каида исламского государства Магриб" [Аль-Ахрам, 12.04.2007].

стр. 93

* * *

В Тунисе с момента завоевания независимости (1956 г.) его руководством проводилась решительная политика, направленная на секуляризацию и реформирование остававшегося в основном традиционным общества. Первый президент Туниса Хабиб Бургиба (1903 - 2000), воспринимавший исламские традиции как "тяжелый груз, затруднявший развитие страны" [цит. по: Jeune Afrique, 1999, p. 35], был признанным лидером национально-освободительного движения в стране и наряду с такими фигурами, как Гамаль Абдель Насер, Ахмед Бен Белла и Хуари Бумедьен, являлся одним из наиболее ярких государственных деятелей арабского мира XX в. Среди основополагающих документов, разработанных по инициативе Х. Бургибы и определивших дальнейшее развитие страны, - "Маджалля аль-ахваль аш-шахсыйя" ("Кодекс гражданского состояния"), принятый в 1956 г. По оценке тунисского историка Мухаммеда Хеди Шерифа, этот "революционный закон, круто изменивший традиционный уклад и положивший начало женской эмансипации, оказался социально-правовой реформой с долговременными и необратимыми последствиями" [цит. по: Видясова, 2005, с. 405].

В ходе реформ были упразднены шариатские суды, установлена единая система судопроизводства и осуществлен ряд мер, уменьшавших влияние религии на систему образования, среди которых была передача старейшего и известного во всем исламском мире мусульманского университета аз-Зитуна вместе с сетью медресе в ведение министерства образования. Тем не менее, несмотря на заметные успехи в развитии общества и довольно стабильный рост экономики (среднегодовой прирост ВВП в 1980-е гг. составил 7.1%), в Тунисе в 1980-е гг. XX в. нарастал социально-экономический и политический кризис. Это объяснялось тем, что основная часть получаемых в условиях экономического подъема доходов перераспределялась внутри привилегированной прослойки крупного и среднего бизнеса, имевшей связи с правящей политической группировкой, в то время как уровень жизни большинства населения оставался достаточно низким.

Сложную социально-экономическую ситуацию использовало быстро набиравшее силу исламистское движение, выдвигавшее лозунг создания исламского государства. Исламистские лидеры, используя как социально-экономические трудности, так и известное недовольство части тунисцев демонстративной светскостью режима и отказом от некоторых исламских традиций, сумели привлечь в свои ряды достаточно большое число недовольных, среди которых наряду с неимущими было немало безработных выпускников вузов и даже работников правоохранительных структур. В середине 1980-х гг. исламистское движение "Исламская группа" структурируется в политическую партию "Движение исламской направленности", впоследствии переименованную в "Ан-Нахда", председателем которой являлся известный (в том числе за пределами Туниса) идеолог исламизма Рашид Ганнуши, закончивший философский факультет Тунисского университета и получивший звание профессора. В руководство "Ан-Нахды" входили также видные тунисские исламисты, юристы по образованию, Абд аль-Фаттах Муру, Хасан Годбани, а также Садах Каркар, имевший диплом экономиста. Подъему исламизма в 1980-х гг. в Тунисе кроме внутренних причин способствовали также уже упоминавшаяся гражданская война в Афганистане, где на стороне муджахидов воевало немало тунисских граждан, многие из которых после возвращения на родину примкнули к исламистам, а также возникновение в соседнем Алжире мощного исламистского движения во главе с "Исламским фронтом спасения", с которым лидеры тунисской "Ан-Нахды" имели постоянные контакты.

В 1986 - 1987 гг. в Тунисе сторонники исламистов проводили многочисленные манифестации протеста а также, согласно опубликованным позднее тунисскими властями материалам, создали вооруженные группы, совершившие ряд террористических актов и готовившиеся к захвату власти. Сложная социально-политическая обстановка в стране усугублялась интригами внутри семейного клана и окружения Х. Бургибы, который в силу преклонного возраста уже не мог контролировать ситуацию. В такой обстановке 7 ноября 1987 г. премьер-министр и глава правящей Социалистической дустуровской партии (СДП) Зин аль-Абидин Бен Али с помощью своих сторонников отстранил Х. Бургибу от власти, мотивируя свои действия ст. 56 конституции [Сапронова, 2003, с. 323], объявил о временном взятии на себя обязанностей президента и назначил новые президентские выборы. В отношении исламистской оппозиции Бен Али проводил достаточно умелую и оправдавшую себя политику. Сохраняя принципиальную преемственность с наследием президента Бургибы, Бен Али, однако, отказался от открыто и иногда демонстративно провозглашавшейся его предшественником светскости и подтвердил арабо-исламскую идеи-

стр. 94

тичность Туниса. Затем он четко разграничил свою политику по отношению к радикальным и умеренным исламистам. Если с первыми велась жесткая борьба и применялись репрессивные меры, то со вторыми Бен Али пытался достичь компромисса и инкорпорировать их в государственно-политическую систему.

В результате экстремистское крыло партии "Ан-Нахда" было разгромлено, многие его активисты арестованы, а лидеры радикалов Рашид Ганнуши и Салах Каркар (заочно приговоренные тунисским судом к длительному тюремному заключению) покинули Тунис и обосновались в Европе. В то же время по предложению президента Бен Али наиболее известные деятели умеренной оппозиции были кооптированы в состав Высшего исламского совета и Социально-экономического совета (совещательного органа при правительстве Туниса). Наряду с этим был выработан "Национальный пакт", который провозглашал основные принципы политической системы Тунисской Республики и должен был способствовать национальному консенсусу. "Пакт" подписали руководители наиболее влиятельных общественно-политических организаций страны, в том числе лидер умеренных исламистов Нур эд-Дин Бхири. Важной мерой, направленной на уменьшение влияния исламистской идеологии, стала реформа системы образования, в соответствии с которой из школьных учебников исключили главы, проповедовавшие идеи исламизма, было запрещено ношение в учебных заведениях хиджаба и восстановлено совместное обучение юношей и девушек.

Тунисское руководство стало уделять большее внимание решению социально-экономических проблем, так как именно они, оставаясь нерешенными, стали одной из главных причин широкого распространения фундаменталистской идеологии в стране в 1980-е гг., а неимущие слои населения явились основной социальной базой исламистов. Оно сумело разобраться в современных реалиях мирового развития, определить приоритеты, каковыми, согласно заявлениям президента Бен Али, являются "адекватная интеграция в процесс глобализации и развитие экономики, основанной на высоких технологиях и современной науке". В рамках такого подхода были созданы новые индустриальные зоны, на предприятиях которых производилось электротехническое и электронное оборудование, большая часть которого шла на экспорт. В настоящее время экономическое развитие Туниса достаточно успешно - среднегодовой прирост ВВП составляет в последние годы свыше 5% (в 2003 г. - 5.6%), среднегодовой доход на одного тунисца в 2004 г. - 3 тыс. 550 тунисских динаров (около 2 тыс. ам. дол.), это выше, чем в Алжире (1 тыс. 720 ам. дол.), Египте (1 тыс. 470 ам. дол.) и Марокко (1 тыс. 190 ам. дол.) [см.: Jeune Afrique/L'Intelligent, 2004, p. 39].

Важным событием в социально-политической жизни Туниса стали президентские и парламентские выборы, прошедшие в октябре 2004 г. Им предшествовало внесение изменений в Конституцию, одобренных на общенациональном референдуме в 2002 г., в результате которых была сформирована нижняя палата парламента - Консультативный совет. Действующий президент был переизбран на четвертый срок (2004 - 2009) с подавляющим преимуществом (за него проголосовало 94.49% избирателей) над тремя другими претендентами, представителями трех политических партий - Партии народного единства, Обновление и Социально-либеральной партии. В парламентских выборах, проходивших одновременно с президентскими, большинство голосов получила правящая партия Демократическое конституционное объединение (наследница Социалистической дустуровской партии), председателем которой является президент Бен Али.

Тунисские исламисты не имеют своей политической партии и соответственно не представлены в тунисском парламенте. В то же время, как указывалось выше, их представители работают в Высшем исламском совете и в Социально-экономическом совете. Тем не менее исламистское движение "Ан-Нахда", отказавшееся от радикальных концепций, продолжает существовать. Оно во многом потеряло свое влияние в обществе, но все еще является одной из самых значительных исламистских группировок в Тунисе. Наряду с "Ан-Нахдой" в стране действуют еще несколько немногочисленных исламистских организаций, находящихся на полулегальном положении. Наиболее крупной из них является "Партия исламского освобождения", руководство которой находится за рубежом. Кроме исламистских в Тунисе функционирует ряд мусульманских общественно-просветительских и благотворительных организаций, которые в отличие исламистов не ставят перед собой политических целей. Их руководство видит свою задачу в улучшении общественной морали путем распространения коранических знаний, пропаганды мусульманских морально-этических норм и благотворительной деятельности.

стр. 95

В настоящее время влияние исламизма в Тунисе значительно уменьшилось в результате умелой политики властей, сумевших, с одной стороны, подавить исламистский экстремизм и, с другой - выдвинуть реальную альтернативу исламистской идеологии в решении социально-экономических проблем и дальнейшего развития страны.

* * *

В Египте исламистское движение традиционно играло значительную роль. Как уже отмечалось ранее, именно на земле Египта зародился феномен политического ислама в виде ассоциации "Братьев-мусульман". В то же время своеобразие Египта, являющегося одним из центров исламской цивилизации, заключается в том, что он несет в себе черты других цивилизаций, в том числе одной из самых древних в истории человечества - древнеегипетской. Тем не менее лидеры исламистов всегда выдвигали на первый план принадлежность Египта к исламской цивилизации и декларировали необходимость развития египетского общества на основах ислама.

Отношение египетских властей к исламизму менялось в разные периоды. Так, если во время антимонархической революции 1952 г. "Братья-мусульмане" поддерживали организацию "Свободные офицеры", то затем, в 1954 г. политическая деятельность "Братьев-мусульман" была запрещена, и они подвергались репрессиям со стороны правительства президента Г. А. Насера. При президенте А. Садате отношение к исламистам, которые поддержали его политику, в частности "денасеризацию" и возврат к "исламским ценностям", изменилось, и они получили возможность действовать более открыто. Именно в этот период (конец 1970-х гг. XX в.) известными исламистскими деятелями Карамом Зухди и шейхом Омаром абд ар-Рахманом были сформированы радикальные исламистские группировки "Исламские группы" и "Исламский джихад", руководителем которого стал видный идеолог вооруженного джихада как единственного пути для создания исламского государства Аббуд аз-Зуммар. Впоследствии именно боевики "Исламского джихада" после заключения А. Садатом Кэмп-дэвидского мирного договора с Израилем организовали на него покушение в октябре 1981 г., в результате которого он был убит. Его преемник президент Мухаммад Хусни Мубарак повел непримиримую борьбу против радикальных исламистов, в результате чего экстремистские группировки "Исламские группы" и "Исламский джихад" были в основном подавлены.

В 1997 г. часть руководства "Исламских групп" во главе с Омаром Абд ар-Рахманом после переговоров с властями объявила о бессрочном перемирии и призвала своих сторонников как в Египте, так и за рубежом прекратить террористическую деятельность, а в 1998 г. к ним присоединилось большинство руководства "Исламского джихада". Вместе с тем наиболее непримиримые руководители группировок - Мустафа Камаль (Абу Хамза), Рифаи Таха, Айман аз-Завахири - примкнули к "Аль-Каиде" (причем аз-Завахири стал ближайшим помощником Бен Ладена) и продолжают проповедовать идею вооруженного джихада. Радикальные исламисты не прекращают совершать отдельные террористические акты: так, в 2005 - 2006 гг. было осуществлено несколько взрывов в туристических гостиницах, в результате которых погибли около 20 и были ранены около 100 египтян и иностранных граждан [www.weekly.ahram.org.eg/print/2006/792/op61.htm 02.05.2006].

Что касается "Братьев-мусульман", то они являются сейчас наиболее влиятельной общественно-политической силой в Египте, выражающей идеологию умеренного исламизма. "Братья", несмотря на запрет заниматься политической деятельностью, имеют большое влияние в общественных, благотворительно-просветительских и профсоюзных организациях. Они создают свои производственные и коммерческие структуры, финансируют строительство больниц, медресе, организуют хадж в Мекку, предоставляют помощь малоимущим, а также организуют демонстрации протеста против военных акций Израиля в Палестинской национальной автономии и США в Ираке, поддерживают противостоящие Израилю палестинские организации "Хамас" и "Исламский джихад".

Лозунгом "Братьев" остается - "Ислам есть решение". Тем не менее нельзя не видеть эволюцию, которую претерпели их взгляды на общепринятые демократические нормы. Программный документ "Братьев", обнародованный в марте 2004 г. и озаглавленный "Инициатива об основных принципах реформ в Египте", по своей сути не отличается от политических программ других оппозиционных партий и включает в себя такие пункты, как "уважение политических и гражданских свобод, ограничение полномочий президента, гражданский контроль над деятельностью

стр. 96

силовых структур и армии" [www.weekly.ahram.org.eg/print2006/815eg2.htm 15.10.2006]. В то же время глава (верховный наставник - аль-муршид аль-ам) "Братьев-мусульман" Махди Акеф в интервью газете "Аль-Ахрам", отвечая на вопрос, является ли целью "Братьев" создание исламского государства в Египте, заявил, что "исламское государство не может быть создано в отсутствии свободы волеизъявления народа. Первое, что мы требуем, - это предоставить такую свободу, а затем народ сам изберет форму государственного устройства" [www.weekly.ahram.org.eg/print/2006/813eg5.htm 13.10.2006].

Отношение к "Братьям-мусульманам" в египетском обществе достаточно неоднозначное. Часть египтян, в первую очередь копты, выражают беспокойство по поводу роста влияния "Братьев" и считают их заявления о приверженности демократическим принципам предвыборной тактикой. В то же время многие египтяне поддерживают "Братьев" и склонны расценивать их эволюцию как отвечающую духу времени новую стратегию. В ходе развернувшихся в Египте политических дискуссий накануне президентских и парламентских выборов, прошедших соответственно в сентябре и в ноябре-декабре 2005 г., часть политических и общественных деятелей оппозиции выступали за проведение широкой демократизации, в том числе за полноправное включение "Братьев-мусульман" в политическую жизнь. В результате парламентских выборов "Братья" добились значительного успеха, завоевав 88 депутатских мест [Jeune Afrique/L'Intelligent, 2005, p. 59] в Народной ассамблее (нижней палате египетского парламента) из общего числа в 444 (в прошлом составе они имели 17)9.

Исламисты добились столь впечатляющего успеха, несмотря на давление властей, пытавшихся не допустить успешного для "Братьев" исхода голосования. Тем не менее успех исламистов необходимо оценить как достаточно относительный, так как подавляющее большинство мест (336, из них 10, согласно Конституции, были назначены президентом), как и предполагалось, получила правящая Национально-демократическая партия, председателем которой является переизбранный (что также прогнозировали большинство политологов) на пятый президентский срок Хусни Мубарак. В то же время усиление политических позиций "Братьев-мусульман" можно рассматривать как знаковое явление в общественно-политической жизни Египта. Особенно если учесть, что страна переживает социально-экономический кризис, обусловленный рядом причин, среди которых замедление экономического роста (3% на 2004 г.) наряду со значительным демографическим ростом в 2.1%, что вызывает достаточно высокую безработицу - свыше 11%, инфляционный рост цен - в 2003 г. на 40%. Примерно 56 млн. египтян (население Египта составляет 73.4 млн. человек) живут на доход, составляющий менее 2 ам. дол. в день [Jeune Afrique/L'Intelligent, 2005, p. 78]. Эта категория египетских граждан может существовать только благодаря субсидиям государства на продовольствие, предоставляемым неимущим, чтобы смягчить социальную напряженность.

Сложной социально-экономической обстановкой в стране пользуются исламисты, выдвигая лозунг создания исламского государства, в котором будут решены все проблемы. Последние политические события в мире, такие, как скандал, связанный с карикатурами на Пророка Мухаммада, негативные высказывания Папы Римского по поводу ислама и особенно война в Ливане в июле-августе 2006 г. и продолжающиеся военные акции Израиля в Палестинской национальной автономии, привели к радикализации позиций египетских "Братьев-мусульман". Их руководство резко осудило как вторжение Израиля в Ливан, так и поддерживавших его США, охарактеризовав американского президента Дж. Буша как "врага ислама". Равным образом Махди Акеф также резко осудил позицию арабских лидеров, в том числе египетского президента, не оказавших практической помощи Ливану.

Египетские власти ответили на демарш "Братьев" вызовом Махди Акефа в прокуратуру для дачи объяснений и массовыми арестами членов руководства "Братьев" и их активистов (по некоторым данным, было арестовано несколько тысяч человек). В то же время Махди Акеф подтвердил, что "Братья-мусульмане" будут действовать "строго в рамках конституции и ни в коем случае не намерены нарушать египетские законы" [www.weekly.ahram.org.eg/print/2006/813eg5.htm 13.10.2006]. Тем не менее, несмотря на явные попытки властей ослабить "Братьев-мусульман", они после успеха на парламентских выборах становятся главной оппозиционной политической силой страны.

9 "Братья-мусульмане", не имея статуса политической партии, выдвигали своих представителей на парламентских выборах в качестве независимых кандидатов.

стр. 97

* * *

Таким образом, исламизм (за исключением его экстремистского крыла), существующий в той или иной форме практически в каждой арабской стране, является, как мы показали, закономерным результатом развития мусульманского общества. В определенной степени его можно также назвать, следуя за А. Тойнби, своеобразным ответом исламской цивилизации на вызовы современного мира, а именно - глобализации.

Современный подъем исламизма, включая его экстремистское течение - джихадизм, вызван, на наш взгляд, двумя главными факторами - социально-экономическим и политическим.

Социально-экономический фактор обусловлен как внутренней ситуацией в конкретной стране, так и внешнеполитической, глобальной тенденцией политического и экономического развития. Такой тенденцией, от которой в очень большой степени зависит внутренняя ситуация в мусульманском мире, является процесс усиления роли в мировой политике и экономике наднациональных структур, своеобразного "мирового правительства" - транснациональных корпораций и международных финансово-экономических институтов (ВТО, МБ, МВФ и др.), в руководстве которых командные посты заняты представителями США и в меньшей степени стран ЕС. В то же время происходит ослабление роли национальных правительств, в том числе в определении внутренней социально-экономической политики в своих странах, которая все в большей степени зависит от решений, принимаемых наднациональными структурами. Одной из стратегических целей "мирового правительства" является установление полного контроля над природными ресурсами в планетарном масштабе. В результате политики, проводимой для достижения этой цели, для большинства мусульманских стран отводится роль сырьевых придатков, что ведет к дальнейшему расслоению общества, обогащению властной элиты и очень медленному подъему (или его отсутствию) уровня жизни значительной части населения. Следствием такой ситуации является продолжение, а иногда и усиление влияния среди неимущей (и не только) части мусульман исламистских идеологов, которые предлагают свое "исламское решение" социально-экономических проблем и выступают в роли защитников "исламских ценностей".

Политический фактор проявляется, во-первых, в стремлении к гегемонизму единственной сверхдержавы - США, в том числе на Арабском Востоке, что ведет к навязыванию в регионе демократии по американской модели и военно-политическому давлению на те арабские страны, которые отказываются следовать в фарватере американской политики, и, во-вторых, в безоговорочной американской поддержке Израиля, который не отказался от попыток силовыми методами решить палестинскую проблему и обеспечить свою безопасность путем военного подавления противостоящих ему исламистских движений, что воспринимается частью мусульман как война против ислама.

Вместе с тем исламская цивилизация в целом и исламизм в частности не несут в себе имманентного антагонизма и неприятия западной цивилизации, культуры и ценностей как таковых. Можно сослаться на справедливое утверждение видного французского исследователя Ф. Бюрга о том, что "базовые основополагающие цивилизационные ценности человечества являются общим наследием всех культур, религий и цивилизаций" [Burgat, 2005, р. 65]. В действительности в результате глобализации различия, которые естественно существуют между западной и мусульманской культурами, постепенно размываются и, конечно, не могут стать причиной конфликта цивилизаций.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Аль-Ахрам, 12.04.2007.

Аль-барнамадж ат-такмилий ли-даам ан-нумув. Фатрат 2005 - 2009 (Дополнительная программа поддержки развития. Период 2005 - 2009). Аль-Джазаир, 2005.

стр. 98

Видясова М. Ф. Джихад без войны. Т. 1. Кн. 2. М., 2005.

Володин А. Г., Широков Г. К. Глобализация: начало, тенденции, перспективы. М., 2002.

Долгов Б. В. Исламский фронт спасения и Ассоциация алжирских улама-реформаторов // Вестник Московского ун-та. Сер. 13. Востоковедение. 2000. N 4.

Долгов Б. В. Исламистский вызов и алжирское общество. М., 2004.

Жданов Н. В. Исламская концепция миропорядка. М., 1991.

Коран / Пер. Ю. И. Крачковского. М, 1990.

Ланда Р. Г. Политический ислам: предварительные итоги. М., 2005.

Ланда Р. Г. Международный форум востоковедов и африканистов в СПБ // Восток (Oriens). 2006(1). N 4.

Ланда Р. Г. Социология современного Востока. М., 2006(2).

Макаров О. Л. Усама Бен Ладен // Восток (Oriens). 2001. N 1.

Наумкин В. В. Исламский радикализм в зеркале новых концепций и подходов // Восток (Oriens). 2006. N 1.

Поляков К. И. Хасан ат-Тураби: во главе исламских фундаменталистов в Судане // Ближний Восток и современность. Вып. VII. М., 1999.

Сапронова М. А. Государственный строй и конституции арабских республик. М., 2003.

Тойнби А. Дж. Цивилизация перед судом истории. М., 1995.

Basbous A. L'Islamisme, une revolution avortee? P., 2000.

Burgat F. Al-Qaida or the Transnationalisation of an "Islamic" Resistance to the Globalisation of the Maintenance of "American Order" //Arabia Vitalis. M., 2005.

Coll S. Ghost Wars. N. Y., 2004.

Huntington S. The Clash of Civilizations? // Foreign Affairs. 1993. Summer.

Jeune Afrique. 1999. N 2000 - 2001, 2023 - 2024; 2003. N 2221; 2006. N 2362.

Jeune AfriquelV Intelligent. 2003. N 2222 - 2223; 2004. N 2285; 2005. N 2332, 2345.

Kepel G. Expansion et declin de Vislamisme. P., 2000.

Kepel G. Al-Qaida dans le texte. P., 2005.

Le Projet de programme du gouvernement // El Moudjahid. 15.05.2004.

www.algerianembassy 29.09.2005

www.fas.org/irp/world/para/docs/980223-fatwa.htm

www.weekly.ahram.org.eg/print/2006/792/op61.htm 02.05.2006

www. weekly .ahram.org.eg/print/2006/813eg5.htm 13.10.2006

www.weekly.ahram.org.eg/print2006/815eg2.htm 15.10.2006.


© biblio.kz

Permanent link to this publication:

https://biblio.kz/m/articles/view/ИСЛАМИЗМ-В-КОНТЕКСТЕ-МЕЖЦИВИЛИЗАЦИОННОГО-ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

Similar publications: LKazakhstan LWorld Y G


Publisher:

Alibek KasymovContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://biblio.kz/Alibek

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Б. В. ДОЛГОВ, ИСЛАМИЗМ В КОНТЕКСТЕ МЕЖЦИВИЛИЗАЦИОННОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ // Astana: Digital Library of Kazakhstan (BIBLIO.KZ). Updated: 07.07.2024. URL: https://biblio.kz/m/articles/view/ИСЛАМИЗМ-В-КОНТЕКСТЕ-МЕЖЦИВИЛИЗАЦИОННОГО-ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ (date of access: 25.07.2024).

Found source (search robot):


Publication author(s) - Б. В. ДОЛГОВ:

Б. В. ДОЛГОВ → other publications, search: Libmonster KazakhstanLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Rating
0 votes
Related Articles
ON THE OCCASION OF THE 80TH ANNIVERSARY OF SERGEI KONSTANTINOVICH ROSHCHIN
5 days ago · From Alibek Kasymov
И. Д. ЗВЯГЕЛЬСКАЯ. СТАНОВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ
5 days ago · From Alibek Kasymov
НОВАЯ МЕТОДИКА ИССЛЕДОВАНИЯ РОСПИСИ И СРЕДНЕВЕКОВЫХ АРАБСКИХ ТЕКСТОВ, СОДЕРЖАЩИХ ХАДИСЫ
5 days ago · From Alibek Kasymov
ТУРКОЛОГИЧЕСКИЕ И ОСМАНИСТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ. ДОКУМЕНТЫ ПО ИСТОРИИ ВОЛГО-УРАЛЬСКОГО РЕГИОНА XVI-XIX ВЕКОВ ИЗ ДРЕВЛЕХРАНИЛИЩ ТУРЦИИ
7 days ago · From Alibek Kasymov
ПОЛИТИЧЕСКАЯ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ (XIII-XV BB.)
7 days ago · From Alibek Kasymov
ОБРАЗ ЭСЭГЭ МАЛАН ТЭНГРИ В КОНТЕКСТЕ РЕЛИГИОЗНО-МИФОЛОГИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ БУРЯТ
7 days ago · From Alibek Kasymov
К. К. СУЛТАНОВ. ОТ ДОМА К МИРУ. ЭТНОНАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В ЛИТЕРАТУРЕ И МЕЖКУЛЬТУРНЫЙ ДИАЛОГ
8 days ago · From Alibek Kasymov

New publications:

Popular with readers:

News from other countries:

BIBLIO.KZ - Digital Library of Kazakhstan

Create your author's collection of articles, books, author's works, biographies, photographic documents, files. Save forever your author's legacy in digital form. Click here to register as an author.
Library Partners

ИСЛАМИЗМ В КОНТЕКСТЕ МЕЖЦИВИЛИЗАЦИОННОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ
 

Editorial Contacts
Chat for Authors: KZ LIVE: We are in social networks:

About · News · For Advertisers

Digital Library of Kazakhstan ® All rights reserved.
2017-2024, BIBLIO.KZ is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Kazakhstan


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of affiliates, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. Once you register, you have more than 100 tools at your disposal to build your own author collection. It's free: it was, it is, and it always will be.

Download app for Android