Духовный путь Ивана Шмелёва: Статьи, очерки, воспоминания. М.: Сибирская Благозвонница, 2009

Ю. А. Кутырина, Ив Жантийом, О. А. и И. С. Шмелевы

В последние годы наша критика заговорила о "православном реализме". То ли сказывается закваска-отрыжка реализма социалистического, то ли действительно есть нужда в новом термине - чтобы выявить определённый тип творчества. Среди отцов-основателей направления, наряду с Гоголем ("Выбранные места из переписки с друзьями") и Лесковым ("Запёчатлённый ангел", "Соборяне"), числят и Ивана Сергеевича Шмелёва (1873 - 1950), имея в виду, прежде всего, такие его романы-шедевры, как "Богомолье", "Лето Господне", "Неупиваемая чаша", "Пути небесные", "Солнце мёртвых", "Няня из Москвы", "История любовная", где и впрямь словно разлит православный свет - ровный, негасимый, мерно-сияющий. Как и во множестве изумительных по словесной отделке рассказов и повестей ("Свет вечерний", "Лик скрытый", "Это было", "Хлеб насущный", "Птицы", "На пеньках", "Росстани" и др.).

По эффекту почти чувственной осязаемости и наглядности русской жизни накануне большевистского переворота Шмелёву практически нет равных среди его современников. Разве что в отдельных (менее всего церковных) аспектах припомнится Бунин ("Чистый понедельник") или Сергеев-Ценский ("Печаль полей"). А по затейливой "русскости" словесной вязи Шмелёва чаще всего сравнивают с ещё одним кудесником "плетения словес" - Ремизовым.

Собрание сочинений позволяет увидеть свершения писателя целиком в их очевидном единстве. Привычные противопоставления "народнически-знаньевского" дореволюционного и "православного" эмигрантского периодов его творчества при внимательном, не зашоренном идеологией, чтении должны быть сняты. И ранние его вещи, как "Человек из ресторана" или "Гражданин Уклейкин", - тоже православный, если угодно, реализм, хотя в них и не слышится колокольный звон, как в произведениях более поздних. Но полное христианской любви к "малым сим" изображение и там заставит вспомнить о православных корнях мировоззрения писателя. (Так ведь и Гоголь православен не только в "Переписке", но и в "Шинели").

Существенная часть наследия Шмелёва - его очерки ("На скалах Валаама", "В милой Полесовке"), сказки ("Степное чудо", "Преображенец"), публицистические выступления в печати ("Душа Родины", "Крестный подвиг") и пьесы, о существовании которых мало кто у нас знал ("Догоним солнце", "В городке"). Написанное в России и "после России" в новом собрании к читательской выгоде воссоединилось.

Шмелёв не сам разломил свою биографию надвое. Он вовсе не собирался покидать Россию. В разгар Гражданской войны купил для своей семьи домик в Крыму, где намеревался жить и писать (подобно Грину или тому же Ценскому). Но его единственный сын Сергей оказался среди тех двадцати тысяч царских офицеров, кто поверил большевистским властям, обещавшим, что им будет сохранена жизнь, если они добровольно явятся "для регистрации". Сергей Шмелёв, "проливавший кровь за Россию в войне с немцами", как писал его знаменитый отец "всесоюзному старосте" Калинину, был, как и все его доверчивые товарищи по несчастью, арестован и расстрелян. Хотя в ответ на отчаянные письма писателя во все инстанции его уверяли, что сын "выслан на Север". Когда же он узнал правду, "жизнь оборвалась", по его слову, - и оборвалась связь с новой, умытой кровью, Россией. Но то была связь физическая. А духовная связь с Россией не могла оборваться у того, кто был одним из самых коренных и сильных её писателей.

Пониманию творчества великого русского писателя трагической, как нередко в России, судьбы призван способствовать дополнительный том издания, в котором собраны статьи, очерки и воспоминания о Шмелёве. Он открывается статьями выдающегося мыслителя эмиграции Ивана Ильина, который был страстным поклонником и пропагандистом художественных свершений своего друга. Свою единственную литературоведческую книгу Ильин посвятил тем прозаикам, кого считал самыми большими талантами Серебряного века, - Бунину, Ремизову и Шмелёву. Никому другому Ильин не написал столько писем, сколько Шмелёву. Их переписка - под названием "Переписка двух Иванов" - вошла в собрание сочинений Ильина, недавно выпущенное издательством "Русская книга", и заняла там целых три тома. Взаимное уважение явилось порукой сохранности этого редчайшего эпистолярного памятника русской литературы, может быть, важнейшего в XX веке. "Письма Ваши (все, за года) храню как золото!" (Ильин Шмелёву 14 ноября 1945 г.). "Ваши письма - кладезь. Когда и кто приступит - черпнуть?!.. Не оторвутся" (Шмелёв Ильину 18 февраля 1947 г.).

Кроме того, в книге представлены "вклады", как раньше говорили, еще тридцати с лишним авторов - от таких культурных столпов эмиграции, как А. В. Карташев и К. В. Мочульский, до наших современников, как А. М. Любомудров и В. Н. Крупин. Треть объёма отдана воспоминаниям, местами весьма живописным (К. Д. Бальмонт, Б. К. Зайцев, В. Н. Муромцева-Бунина, В. П. Рябушинский и др.).

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Юрий Архипов:

Комментарии: