Российское китаеведение пополнилось новым трудом - обстоятельным монографическим исследованием доктора исторических наук В. Кузнецова "Ислам в общественно-политической жизни КНР" (М., Институт Дальнего Востока РАН, 2002 г., 298 с.).

Автор подробно анализирует политику руководства КНР в исламском вопросе ^* . За 50 лет существования КНР, отмечается в работе, подходы к исламской проблеме претерпевали существенные изменения. Они отражали перипетии политического развития страны, сопровождавшиеся в определенные периоды эксцессами и катаклизмами.

В первые годы существования КНР и борьбы за ее дипломатическое признание антиимпериалистическая политика Пекина создавала основу для расширения контактов с освободившимися от колониализма мусульманскими странами, готовыми признать Китай. В этих условиях руководство Китая, не отказываясь от атеистических установок КПК, по тактическим соображениям демонстрировало уважение к религиозным чувствам мусульман, ибо нуждалось в их поддержке. Но в ходе кампаний "Пусть расцветают сто цветов" (1956 - 1958) и "большого скачка" (1958 - 1959) отношение к мусульманам стало меняться. Эти кампании, пишет автор, имели своей целью "нивелировать исламскую общину политически и экономически, растворить мусульман в массе китайских граждан, никак не выделяющихся своими бытовыми особенностями и спецификой общественного сознания". Кампания "Пусть расцветают сто цветов" сопровождалась преследованием тех представителей мусульманского духовенства, которые не разделяли политических установок КПК. В этот период, пишет автор, нападкам подвергались не только политические институты, но религия и верующие, в том числе мусульмане.

Для мусульман "культурная революция" явилась подлинным бедствием. Хунвейбины ("красные охранники") создали организацию "Группа революционной борьбы за ликвидацию ислама". Объектом их нападок стали духовенство, культовые учреждения, обычаи, восходящие к исламу. Так, в Синьцзян-Уйгурском автономном районе мечети превращались в "Музеи классовой борьбы", а некоторые использовались как свинарники. Были запрещены Коран и паломничество к святым местам Мекки и Медины.

Изменение отношения к мусульманам, пишет автор, наметилось в конце 70-х годов. В 1978 году III Пленум ЦК КПК осудил крайности "культурной революции", пересмотрел политику в отношении религии, в том числе ислама. Мусульмане получили право отправлять религиозные обряды в мечетях, создавать свои религиозные организации. Власти провозгласили "политику уважения и защиты религиозной веры".

Исламский фактор играет важную роль не только во внутренней политике, но и в геополитических соображениях Пекина, что нашло конкретное проявление в его подходе к индо-пакистанским отношениям, к проблеме Афганистана после ввода советских войск. Программа "четырех модернизаций" также побуждает руководство КНР проявлять уважение к мусульманам. "Положение ислама в КНР, - подчеркивает автор, - в определенной степени отражается на отношении исламских государств к КНР. И это обстоятельство руководство КНР не может сбрасывать со счетов".

Книга снабжена примечаниями и солидным списком использованной автором отечественной и зарубежной литературы.

^* Наибольшее распространение ислам получил среди 10 нацменьшинств Китая: хуэй, уйгуров, казахов, татар, киргизов, таджиков, узбеков, дунсянов, саларов, баоань.

Постоянный адрес данной публикации: