Воронин Л.

Ищу человека

М.: Волшебный фонарь, 2009

Леонид Воронин больше известен как автор школьных учебников и пособий по русской и зарубежной литературе. Но его новая книга иного рода. Она многоаспектна и по своим тематическим ходам извилиста, как дороги, ведущие к узнаванию человека. Воспоминания о перипетиях жизни и встречах с людьми, оставившими след в судьбе (особое место среди них занимает писатель Андрей Донатович Синявский), чередуются в ней с размышлениями над строками Маяковского, Цветаевой, Пастернака, Адамовича, Несмелова, Есенина, Багрицкого и других поэтов. В тайну узнавания человека, по признанию Воронина, он проник благодаря книгам Александра Грина. На строй его философских размышлений повлиял Николай Бердяев, в свое время зорко подметивший: Жизнь масс подлежит закону коллективной одержимости, в которой личность исчезает. Личность, душа человека для Воронина важнее всего. "Ищу человека" - своего рода камертон, по которому настраивается тематика и общее настроение всего повествования. Подобную книгу мог написать только "шестидесятник". В свое время Воронину пришлось отсидеть два месяца в Лефортовской тюрьме по обвинению в антисоветчине - ему было тогда чуть больше двадцати, и вся его вина заключалась в написании стихов, не соответствующих официальной идеологии.

В наши дни старая мудрость "человек человеку - волк" сменяется давним откровением Алексея Ремизова: "Человек человеку - бревно". И тем не менее (а быть может, тем более) потребность "найти человека" остается все такой же насущной. Только теперь недостаточно преодолеть в себе закон коллективной одержимости и не слиться с толпой. Важно понять: когда ты необходим другим людям и в служении им получаешь радость - только тогда и ощущаешь всю полноту жизни.

Александр Сенкевич

На рассвете августовского дня 1925 года Пастернак приехал с дачи в Москву. И не мог удержаться - сделал приписку к письму Марине Цветаевой: "В проходе трамвайного вагона недалеко от меня стояла женщина. Она могла бы быть Вами". Прямого сходства не было, но что-то цветаевское разглядел он "в чертах открытого, хорошего лица" этой женщины и в ее глазах. И словно бы уловил духовное присутствие Марины Цветаевой. И поразился возникшему чувству: "оно такое верное, старинное, издалека укрепленное".

Укрепленное в определениях философов, психологов, медиков... И даже математиков, когда на "объект содержания" математики проецируется "узнавательная разверстка". Это - сегодняшний диапазон в восприятии узнавания.

А истоки узнавания и в самом деле старинные, доходящие издалека - с античных времен. Точнее, с IV века до нашей эры - времени знаменитых древнегреческих философов.

И, конечно же, первый, кого вспоминают, - философ-киник Диоген из Синопа. Тот самый Диоген, который появлялся в самых людных местах Афин и "среди бела дня", как сообщает предание, "бродил с фонарем в руках", объясняя встречным: "Ищу человека". Явный эпатаж: искать днем с огнем. Как это понимать? Одни считают, что в словах философа-киника звучит жесткий нравственный вопрос: достоин ли ты быть человеком? А другие смотрят шире, напоминая, что в этих словах можно различить и некий выборочный подход: поиск честного человека.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Комментарии: